«У меня нет ответа ни на один вопрос. Не я создала мир, я всего лишь живу в нем, в мире, в котором Бессмертие было не запланировано изначально. Про скоротечность же смертной жизни думаю так - если тебе вдруг действительно интересно, что я думаю - сетовать на недоступность звезд можно, но глупо. Радуйся, что видишь их ночами. Любуйся ими, сверкающими не только для тебя. Будь счастлив, что видел их хоть однажды, потому что теперь знаешь, что они есть, даже в самые ненастные времена».

«Ты поражаешь меня все больше, мотылек. Как только уверяюсь, что знаю наперед каждое твое дыхание, вдруг оказывается, что передо мной совсем незнакомый человек. И мне приходиться снова узнавать тебя».

«Значит, еще некоторое время нам не грозит надоесть друг другу, хотя… не так уж и много у меня времени, как желалось бы. Знаешь, Эллорн, вначале мне казалось несправедливым, что именно ты станешь проводником на этой дороге. А теперь понимаю — все правильно, просто здорово, что это ты».

— Мы действительно засиделись здесь. — Невозмутимо согласился эльф, помогая мне подняться, осторожно поддерживая, пока я восстанавливала сорвавшееся дыхание от неловкого жеста: сломанные ребра все еще напоминали о себе, стоило только забыть о них, как тут же наступала расплата. — Там, внизу, есть еще много интересного. Хочешь задержаться в Долине?

— Нет. — Отворачиваясь, не солгала я. — Думаю, я взяла от лета все, что мне предназначалось. Куда теперь?

— Вон то бурое пятно на дальнем холме: видишь? — это Красные Скалы. Занятное место. Пойдем?

Получается, мы вновь возвращаемся к Брадду, только выходим уже с другой оконечности гряды. Красные Скалы - там эйльфлёр появились в этом мире?

Эллорн за подбородок приподнял мне лицо.

Никто не выдавал запретной тайны. Просто Фрейнир как-то спел занимательную песенку про бесстрашных, безрассудных путешественников, рискнувших уплыть далеко-далеко и вынесенных бурей на незнакомый остров. У острова непроизносимое название на эльфийском, в переводе означающее Красные Камни.

Никто никому ни в чем не лгал, Эллорн, надо ли сейчас нарушать традицию? Ты не будешь убеждать меня, что ни на что не рассчитываешь. Я не стану врать, что мечтаю стать героем. Пойдем. С тобой мне не так страшно.

К Скалам мы вышли лишь через неделю. Путь преградила сменившая недавно русло река, пришлось искать брод, выжидать глухой ночи, чтобы пройти, так как оба берега у брода оказались запружены какими-то переселенцами. Возможно, я еще и не привлекла бы к себе слишком пристального внимания, но присутствие эйльфлёр точно сотворило бы переполох. Чем бы ни оправдывались решительные меры эльфов по охране собственных границ, но результат наличествовал впечатляющий: эльфов боялись сильно, вне зависимости, имелся к тому повод или нет.

Людей было так много, что даже Эллорна заинтересовала столь массовая миграция. Переглядываясь, чувствуя себя слегка неоднозначно, мы подкрались следующей ночью к одной из стоянок переселенцев, и долго прислушивались к разговорам у костров. Конечно, если бы при людях находился Охотник, ни к чему были бы все игры в прятки, но, в дополнение к остальным странностям, Охотника не было.

Услышали достаточно, что бы додумать остальное: люди переселялись со скудных земель по северо-западу, из-за Трабба, в предгорья Брадда. Весть о разгоне банды и временно пустующих обширных землях распространилась довольно быстро, теперь на эти земли стремились те, кому не хватало места на родине. Посмеиваясь, я зачем-то рассказала про недавние свои приключения по другую сторону гряды. Эллорн вежливо поулыбался, но опасный огонек, запоблескивавший в обычно мягкой глубине глаз, заставил меня усомниться: а надо ли ему было знать? В конце концов, ведь обошлось же.

— Стоит оставить тебя без присмотра всего на какие-то два-три месяца, и уже готова пара легенд, и куча слухов. — Вроде как с осуждением сказал эльф.

— Мне сказочно везет, даже Рэм это заметил. — Легкомысленно отмахнулась, тут же постаравшись перевести разговор на другие темы.

Когда мы, наконец, добрались к так часто упоминаемым Скалам, испытала разочарование. Никакой величественности, ни намека на загадочность, мистичность места. Обычные красные камни, ну, разве что очень большие, словно специально сваленные в кучу несуществующими исполинами, громоздились достаточно хаотично. Если бы эльф не провел меня за руку в пещеру, никогда и не догадалась бы о ее существовании.

— Не многие из смертных бывали здесь. — Слегка взволнованно сказал Эллорн, останавливаясь у входа. Резко развернувшись, посмотрел назад, на невидимую за холмами Долину. Мне почудились некоторые непривычные нотки в голосе.

Да, наверное, это конец пути. Я тоже так чувствую.

— Пойдем, Эллорн. — Удивляясь собственному спокойствию, потянула его вперед. — Мы же шли сюда?

Получается, что все время я шла сюда.

Зажмурившись от внезапно вспыхнувшего света, инстинктивно отшагнула назад. Эллорн с улыбкой покосился, слегка повел рукой, и свет пригас, стал умеренным ровно на столько, что бы ни щуриться.

Высоченным куполом смыкаясь где-то далеко над нами, пещера — гигантский ровный круг — посредине была не до краев перегороженная ровной каменной плитой, и освещалась непонятно чем. Ни светильников, ни окон я не увидела. Казалось, свет струится из самого воздуха. Или из мозаичного рисунка на плите в центре. Осторожно ступая по красноватому песку, устилающему гранитный пол, прошла за Эллорном почти до самого центра, до места, где песок становился белым. Здесь свет был более ярким, а картина показалась слишком… реальной, что ли. Выполненная в странной манере, непонятном ракурсе, несущая нечто еще, кроме остановленного мгновения.