— Доброго вечера, эйльфлёр. — Поздоровалась, выходя к костру. — Зачем звали?

— Одной в лесах опасно. — Ничуть не смутившись, кивнул приветливо Геллен. — Присаживайся, человек. Ужинать будешь?

Только окончательный дурак откажется от пищи в пути. Конечно, если уверен, что не отравится, а в этом-то я была уверена полностью. У эльфов не принято прибегать к таким сложным способам устранения, эйльфлёр предпочитают быстрые окончания.

У половины из присутствующих вспыхнули гневом глаза. Ага! Нечего подслушивать. Удовлетворенная маленькой местью, устроилась удобнее в ямке между корней ближайшего дерева, расслабленно позволяя усталости тяжелить веки. И всё же… Странно выглядят наши встречи, Геллен. Словно бы специально подстроенные. Зачем?

— Сейчас нам по пути. — С убийственной логичностью возразил Геллен. — Так?

— Так. — Согласилась вынужденно. — Пока что по пути.

— Вот и пойдем. — Подытожил эльф, откидываясь в траву, потянулся с явным удовольствием. — И ты тоже спи, Элирен. Отдых нужен всем.

Мне не засыпалось. Виной всему был ли разгоряченный лес, или что другое, но сон не шел категорически. Промаявшись с час, решила не мучиться, села поудобнее, составив компанию дежурившему у крохотного костерка эльфу. Он задумчиво любовался звездами, я думала про Копильни. О том, что тревога перехлестывает грань приличия, поняла, когда заметила, что он смотрит в упор.

— Прошу прошения, не хотела мешать твоим размышлениям. — Смущенно извинилась, гася мысли.

— И чем ты сможешь помочь? — Поинтересовался эльф. Понаблюдав, как искрит его зеленый плащ, ответила серьезно.

«Будь я в силах, я заставила бы гномов определиться с ответственностью. Если те, в Копильнях — свои, значит, пусть разбираются внутрисемейно; если же отступники — пусть так и заявят, мол, знать их не знаем, и никаких дел не ведем. Кто может, тот и угоманивайте лихую братию. Будь я в силах, я не позволила бы Охотникам взваливать этот груз на себя. Бранд прав, не вечно за их спинами другим прятаться, не дипломатией оканчивают подобные инциденты. Десятка два деревень - уже сила, а там, у Брадда, их явно больше. Почему не сопротивляются, почему надеются на чудо?! Я заставила бы людей вылезти из нор, будь я в силах. Но! Я не большая величина, что бы мыслить глобально. Всё, что могу, это откликнуться на призыв. Не надо улыбаться, эйльфлёр, я вполне осознаю ничтожность собственных сил».

«О, нет, меня забавит другое. Что значит — небольшая величина?»

«Мое слово не имеет веса».

«Ты подразумеваешь, что наше слово вес имеет?».

«»А разве нет?»

«Да. Хоть и не тот, что позволял бы необдуманными действиями нарушать порядок вещей. Ты умолчала о нас, эйльфлёр, но упрек очевиден. Да, возможно, мы могли бы подтолкнуть людей на решение Браддского вопроса. Возможно, могли бы сами поучаствовать в его разрешении… но зачем? Что изменит наше единичное вмешательство? Разве оно спасет от будущих промахов? Мы не можем постоянно решать за других, значит, не надо и начинать». Ого! Какой полный ответ.

«Иди спать, Элирен. Ты стремишься вперед, и это, безусловно, похвально. Но иногда путаешь направления. Сейчас ты как раз повернула не в ту сторону, что, впрочем, исключительно твое дело».

«А где для меня «»та«» сторона, принц? Где меня ждут? Нуждаются? Кого беспокоит мое существование?! Кроме вас, разумеется… Кстати, а почему оно вас беспокоит?».

«Кто тебе сказал, женщина, что эйльфлёр беспокоит кто-то из смертных? Вы нас даже не интересуете».

Благоразумно стараясь не смеяться слишком вызывающе, я вновь откинулась, натянула на голову капюшон, приказала себе: спать.

Чего ж вы меня тогда на тракте караулили?

Приглядываясь внимательнее к незваным попутчикам, отмечала странности. Во-первых, в отряде присутствовали представители минимум трех родов: некоторые различия в одежде можно было бы и не заметить, но цвет волос говорил за себя. Во-вторых, сам Геллен точно не жил в Зачаровне, по крайней мере, не жил в нем постоянно. Я хорошо помнила подслушанный разговор в беседке. В-третьих, один из присутствующих был принцем. В-четвертых, в отряде присутствовал Клейль, эльф, бывший с Эллорном в Башнях. Этого-то я точно узнала сразу, я помнила, кому отдала свой колчан, я помнила довольную улыбку. Еще двое вызывали некоторые смутные подозрения, но в них я была не уверена. В-пятых, не наблюдалось ни одной эльфийки. Случайность? И вот вся эта честная компания, собравшись вместе, за какой-то надобностью поджидает меня на тракте, пытаясь неубедительно убедить, что встреча наша совершенно случайна. К тому же не слишком и пытаясь, откровенно говоря. Эйльфлёр просто поставили меня перед фактом: дальше идем вместе. Я, по привычке, согласилась.

На третий день пути поняла, что мы медленно, но верно забираем на юго-восток, вместо того, чтобы двигаться прямо. Сдерживая поднимающееся раздражение, понаблюдала с полдня: так и есть, солнце непозволительно смещается с нужного направления.

— Геллен, я иду в Копильни. — Напомнила эльфу на вечернем привале. — Ты помнишь об этом?

Он посмотрел с бесконечной снисходительностью, покачал головой.

— К Красным Скалам. — Поправил эльф в зеленом.

— Мне не надо к Красным Скалам. — Возразила упрямо. — Как же вы не понимаете? Мне надо в Копильни, а это не совсем по пути…

— Ты не дойдешь одна. — Почти доброжелательно пообещал Геллен. — Ну, подумай сама, разве сможешь ты пройти там, где еще не так давно целый отряд вынужден был пробиваться с боем?

— Я не хочу спорить. Ответь прямо: пойдете вы со мной, или нет?

— Пойдем. — Перебил он. — Именно пойдем. Но через Красные Скалы. Так надо.

Что-то тут было не так.

— Меня не устраивает такой вариант. — Решилась на бунт. — Зачем мне ваши Красные Скалы? Что вам там понадобилось? И почему ты тянешь туда так упорно?!