Потом, после, замечаю, что успела не только подхватить короткий меч Эллорна, но и пристегнуть собственный пояс с ножнами. А тогда время отмерялось мгновениями, впечатывалось неподвижными картинами, написанными ярко и неправдоподобно отчетливо неизвестным мастером прямо в моей памяти. Эти картины остались со мной до конца, до последних моих минут:

…жердина в руке Эллорна ломается пополам, он перехватывает один из обломков посредине, не теряя темпа, не промахиваясь ни разу, замысловато отбивается, раскручивая его перед собой. Геллен, вооруженный полностью, движется медленнее принца, в другом ритме: рваном, непредсказуемом…

…я не помню когда, но оказываюсь третьей стороной в их обороне. Просто, вдруг очнувшись, понимаю — податливая мягкость, через которую движется сейчас сталь в моей руке, человеческое тело. Привычно придерживая руку, вывожу клинок как можно скорее вновь в боевую позицию. Ничего не помню, но уверена — кровь на лезвии появилась не мгновение назад. Как минимум, три мгновения.

…«Лучники!» — Кричит Геллен, и эльфы слажено отшагивают, отступая с открытой площадки. Я не успеваю за мысленным приказом Эллорна: «назад!» спотыкаясь, падаю, и эльф припадает на колено, прикрывая еще и меня от тянущейся со всех сторон смерти. Через два стука сердца я вновь на ногах. Эллорн успевает подхватить с пола чей-то длинный неуклюжий меч, отбрасывая измочаленный обломок.

…резкая боль, дернувшая правую руку выше локтя, смазывает траекторию меча. Всё равно успеваю, но застрявший в рукаве наконечник неприятно бередит неглубокую рану, а времени его выдернуть нет…

…неловко подламываясь, Эллорн клонится на меня. Сначала падает на колени, после мягко валится на бок. Знакомые серые стрелы, мерзко подрагивая оперением, пробивают его куртку, застревая в теле. Я падаю поперек него, под ощеренные страшные рожи, не выпуская оружия — что ж, теперь просто надо отбиваться вот так, с пола. Ты ведь воин, Колючка, ты помнишь, как убивают?..

…«Ты эльф? — Спрашивает, картавя, один из Серых. Прижатая к полу, не могу даже головы повернуть — держат за волосы. Тот вновь настойчиво повторяет: — Ты эльф?» — И я с ненавистью соглашаюсь: «Эльф!». Он радостно скалится, мне тут же накидывают петли на руки, до предела заводя их назад, скручивая накрепко.

Вдруг понимаю, что свободна — ремень неожиданно лопается; с непонятно откуда взявшимися силами отшвыриваю того, что держал, кидаюсь к неподвижному Эллорну. У него справа на поясе небольшой мешочек, что носят все эльфы: пара бинтов, пропитанных особым составом, способным быстро остановить кровь. В удивлении замечаю, что все стрелы выдернуты, валяются здесь же, рядом, наконечники их в крови и… том, что я приказываю себе не видеть. Не обращая внимания на взметнувшиеся надо мной ножи, распахиваю на эльфе куртку, отрывая застежки. И время замирает. Ровно на столько, сколько потребно для быстрой перевязки самых глубоких ран.

Мое неловкое движение заставляет его застонать и открыть глаза. Я не выдерживаю замутненного болью взгляда, теряю реальность в радужной дымке… Слезы. Удивляясь, что все еще жива, оглядываюсь: непонятное существо в косматой драной шкуре, все обвешанное какими-то отвратительными амулетами, жутко трясется над нами, беззвучно шевеля бледными губами. Серые балахоны отступают перед ним, не прекословя, опускают оружие. Зачем-то, видать, ему нужны именно эльфы, и именно живые?.. Колдун — догадываюсь, инстинктивно отстраняясь, слышу предостерегающий шепот Эллорна: «»не надо!.. — и вижу, как буквально оплетенный веревками Геллен немыслимым образом вырывается, сшибая собой, отталкивает от нас Колдуна. Сам, не удержавшись, тоже валится, его начинают избивать.

…я падаю в свалку над эльфом, получая сразу два удара, после которых несколько мгновений выпадают из моей памяти. Очнувшись, вновь пытаюсь сопротивляться попыткам оттащить меня от корчившегося Геллена.

…«Довольно, прекрати!» — Не сдерживая гнев, прикрикнул Эллорн. Его окрик совпал с очередным ударом в живот, я свернулась клубком, пытаясь начать вновь дышать. Вдох все не получался.

«И ты, Геллен. — Совершенно ровным тоном, несколькими мгновениями позже, принц. — Не смей больше раздражать их. Очнитесь, наконец! Не теряйте присутствия духа, сдерживайте эмоции. Спокойствие принесет больше пользы и вам, и мне».

Колдун, шипя, как рассерженный кот, поспешно убирается за спины толпившихся Серых, оттуда бормочет и выкрикивает какие-то угрозы. «Что он лопочет?» — спросила я, не понимая и половины выкриков. «Он обещает земле, что отдаст ей бессмертные жизни врагов. Они здесь верят в очищение огнем, способного забирать чистую силу, которая переходит после ритуала в воинов их племени.» — Простодушно пояснил Геллен, с трудом перекатываясь на полу, пытаясь оглянуться на молчащего принца. — Старший, что с тобой?! — «Не расходуй силы. — Тут же отозвался тот невозмутимо. — Меньше шевелись, и лучше — молчи».

Задыхаясь от горя, я смотрела в посеревшее лицо.

«Ты тоже, Элирен. — Тут же отреагировал чуткий эльф, уловив мои помыслы уж не знаю, каким образом: разум я закрыла накрепко, глаз он сам не открывал. — Довольно неразумных поступков, теперь всё подчинено одной задаче — выжить. Помните об этом. Выжить. Практически, любым путем».

Вдруг понимаю, что меня тащат, подхватив под локти; впившиеся в запястья веревки рвут кожу. Стискиваю зубы. Не сметь распускаться! Рано еще, как я понимаю.