«Мне нравится твой оптимизм. Не теряй его подольше». — Геллен.

Ладно-ладно, эйльфлёр, посмотрим, на сколько хватит моей выдержки. Не суди строго, если что…

В доме нас растащили в стороны, никому не развязали рук, даже едва не теряющему сознание Эллорну. Геллена, вновь попытавшегося дернуться уж не знаю за какой надобностью, повалили на пол, и некоторое время били ногами, но быстро прекратили. Эльфа швырнули на середину просторной комнаты, притянули скрученные руки к перекладине под низким потолком. Получилось как раз на уровне его головы, он прислонился лбом к веревкам, приходя в себя. Принца посадили на лавку в угол, поглядывая хмуро, стали по сторонам, готовые пресечь любые попытки освободиться. Меня толкнули в другой угол, сесть было не на что, я просто прижалась спиной к теплой стене, и мягко сползла по ней на пол, устраиваясь удобнее, оберегая саднящие царапины.

Совершенно седой старик в темных одеждах, прошаркал не спеша, сел на заботливо подвинутую под оконце лавку, в скупые лучи хмурого дня. Хоть и сморщенное временем, его лицо сохранило ясно заметные следы былой красоты. Эти слишком правильные для обычного человеческого облика черты сразу вызвали смутные подозрения, но окончательно все стало понятно, лишь когда было произнесено имя:

— Рост. — Узнавая, назвал Эллорн.

— Староста Орост. — Поправил старик, с трудом выпрямляясь на лавке, стискивая худыми руками посох. — Теперь мое имя Орост, эльф. Я избрал его сам, отказавшись бродяжничать… впрочем, то сейчас не важно. Как же ты так, Эллорн?.. Ты, лучший среди Белых Убийц, позволил так легко с собой справиться?..

Геллен явственно заскрипел зубами. Принц и бровью не повел на насмешку, осторожно откинулся, опираясь на стену позади, стараясь не потревожить переставшие на время кровоточить раны. Намотанные мной наспех тряпки почернели.

Я искусала губы в кровь, заставляя себя отвернуться, но так и не смогла отвести глаз. Как еще не впала в истерику, глядя на окровавленные бинты, не знаю. Геллен держался подчеркнуто неподвижно, что наводило на мысли о том, насколько сильно ему досталось, пока он пытался прикрыть нас с Эллорном.

— Наслышан о твоих делах. — Помедлив, предупредил Орост. — Говорят, видели тебя не так давно на Острове, в Башнях…

— Возможно. — Насмешливо согласился Эллорн, обретая почти нормальную улыбку. — И многие из тех глазастых смогли вернуться?

— Ну-ну, ты не меняешься!..

— Орост, ты сам знаешь, я не смогу измениться настолько, что бы перестать быть собой. А меня, истинного меня, ты когда-то знал неплохо, как мне казалось… Или это старость ослабляет твою память?

— Я знаю тебя, беловолосый, мне ты не был врагом! Но им, остальным, ты никогда не был другом. О тебе слишком хорошо помнили еще наши прадеды!..

— Меня ты уже взял, человек. — Устало напомнил эльф. — Этого ли не довольно? Отпусти детей. Они дадут слово не возвращаться, и не мстить.

«Никогда!»

«Молчи, Геллен!».

Орост тяжело поднялся, подошел, остановившись против принца. Эллорн поднял голову.

Староста без злобы долго смотрел ему в глаза, потом поочередно — нам с Гелленом. И вздохнул.

— Нет, эльф. Я не позволю вам уйти, и раскрыть наше убежище. Я не позволю вам привести своих, что бы выгнать нас вновь… Мы пытаемся выжить. Ты, Старший, и сам должен понимать, родство не в счет, когда заходит речь о безопасности целого народа.

Нас подняли, окружили плотной группой воины. За толпой я перестала видеть эльфов.

— Один вопрос, Орост. Нас казнят?

— Да, Эллорн. На рассвете. Колдун готов спалить вас прямо сейчас, у него уж и место подготовлено, но еще не вернулись те, что ходили в разведку на юг, а молодым должно участвовать в ритуалах.

«Элирен, держись за меня. Ты слышишь?»

«Я слышу вас обоих».

«Хорошо. Только не теряйте контакт! Геллен, не выплескивай так много эмоций, они ослабляют ментальный поток… берегите силы. Думаю, в пределах деревни я сумею услышать вас двоих».

«Я в какой-то яме, у самого обрыва… Стены земляные, ступени наверх, железная решетка, за ней — деревянные створы. Где вы?

«Я в том же доме, в чулане, что ли?.. Полки по стенам, солома на полу. Есть маленькое оконце, но с решеткой, руки не просунуть. А ты, Эллорн?»

«Рядом с Гелленом, в амбаре, как я пониманию: потолок низкий, окон нет, но есть широкие лари с весьма удобными крышками. Вы связаны?»

«Да».

«Я освободилась от веревок».

«На некоторое время можно расцепить мысли. — Решил Эллорн, сам ощутимо ослабляя ментальное давление. — Помолчите, и послушайте своих стражей. Постарайтесь определить их количество, и, если удастся, осторожно прослушайте мысли. Только аккуратно! Орост не глуп, он знает, или догадывается о способностях эльфов. Стражники могут быть предупреждены, старайтесь не вызвать панику».

Ободренная несгибаемым мужеством эльфа, смогла перебороть приступ липкого ужаса, и выползти из угла, куда забилась сразу, как за спиной с противным скрежетом захлопнулась массивная дверь. Как же трудно сделать несколько шагов к крохотному оконцу! Разглядывая отблески множества факелов, рвущих непроницаемую тьму за ним, поняла, что наступила ночь.

«Не поддавайтесь страху, дети».

Я постараюсь, Эллорн. Не надо, не трать на меня силы, я справлюсь сама. Не в первый раз костлявое рыло заглядывает через плечо…