Он дернулся, как ошпаренный и рефлекторно положил руку на эфес шпаги. Потом сразу расслабился.

— Учителю, мастеру меча. Большего сказать не могу, клятва.

— Даже имени? — удивился Агнар.

— Это могу, знаменитый Молния, он живет в городе Кряж нашего графства Шелтон. Я тоже оттуда.

— Слышал, школу держит. Известный. В свое время в особой группе служил у вашего графа. Много на нем подвигов. Не знал, что он клятвы с учеников берет, теперь буду знать. Да, ерунда это все, пойдемте есть! У меня в животе крутит, — закончил монолог Агнар, и мы пошли обедать.

Мы спускались рядом с графом.

— А ты по поведению понял, что я не в первый раз? Так и ты необычно свидетельствовал.

— Да не, печать чужую увидел.

Витар встал.

— Как увидел? Мне говорили, и я читал, что ни кто другой, кроме свидетеля и самого поклявшегося видеть отметку не могут.

— А я могу, — засмеялся я, — пойдем, а то без нас все съедят. Еще не то у нас узнаешь, — и весело ему подмигнул.

После обеда отправились в путь. Повозку постарались еще сильнее замаскировать: совсем выкинули дуги и тент. Теперь она была как добротная армейская грузоподъемная телега.

Пересчитали средства. Без лишнего оружия, украшений и амулетов — 380 золотых и медь с серебром. Оружия, если продать, на 100 и драгоценностей около 500. Всего примерно тысяча и граф тысячу авансом дал. Хватит на экипировку, заверил Рон.

Привычно тянулась дорога под копытами коней. На привалах разминался с Витаром. Если бы он не был тогда подвыпившим, мне бы не поздоровилось. Амулет не полностью справился с выпитым алкоголем. И это только ученик! А что вытворяет мастер — ума не приложу.

В Эгноре мастера меча используются в спецоперациях. Это и убийство сильных магов, и захват либо уничтожение наиболее опасных чернокнижников, диверсии во время военных конфликтов и много другое.

Граф показал такие оригинальные приемы и связки, что ни за что не увернулся бы. Сабельный бой он знал не хуже, чем на шпагах и с молодым задором учил меня. Мы ругались и мирились. В принципе, он оказался "своим парнем", с которым можно подружиться. И шутки понимал.

По вечерам занимался с Агнаром. Этот полноватый жизнелюб был хорошим преподавателем. Он объяснял каждую руну, принцип работы заклинания, насколько сам понимал и многое другое. Не буду приводить здесь всё, что я успел выучить за время пути, но мне понравился обычный "светлячок".

Это световой шарик желтого цвета. Его особенностью было то, что он был управляемым. Из ауры тянулась тонкая нить силы, и ей можно было регулировать яркость и направление полета. За это отвечала сложная руна управления. Она улавливала колебания ауры и переводила их в колебания силы. Искусство мага заключалась в ловкости управления аурой, поэтому я с целью тренировки добросовестно начал плести заклятья сам. "Девочкам", разумеется, тоже скидывал.

Лунис не был артефактором, но принципы создания амулетов знал. Ключевые руны в них отличались от обычных плетений, в них были так называемые "кольца привязки", которые крепились в наиболее подходящих местах материала амулета. У меня возникла одна мысль, которую я обдумывал ранними утрами перед общим пробуждением наряду с другими интересными идеями: например про "корявость" рун и их связь с "земными" рунами привязки стихий. Витало что-то в голове но, ни как не раскладывалось по полочкам.

Мысль была про создание амулета связи на основе магии света. Решил обогатить мир радиосвязью. Дело в том, что местные артефакты связи работали на основе магии земли и воздуха. Они были громоздкими и потребляли много маны. Зато по ним можно было передавать и звук, и изображение при помощи дополнительного модуля иллюзии на основе Света. Связь проходила по Земле, поэтому амулет обязательно должен был стоять на твердой поверхности, желательно поближе к земле. Принцип работы древних переговорных артефактов никто не знал, но они были маленькими и передавали только голос хозяина с одного амулета на другой такой же разговорник.

Агнар про существование радиоволн вообще не слышал и руны, конечно, тоже не знал. Пришлось выдумывать самому. Сравнил руны разных цветов и пытался выявить закономерность, искал участок, отвечающий за частоту. Исчеркал карандашом (они здесь давно были изобретены) кучу бумаги, и пока не находил. Время. Вот чего катастрофически не хватало, но очень хотелось снабдить отряд связью перед руинами. Жаль, что ни кто мне в этом не помощник.

На седьмую ночь проснулся необычно рано, почувствовав себя Менделеевым. Все сложилось! Аккуратно встал с кровати, стараясь не разбудить Лизу, мы ночевали в очередной таверне, и подсел к столу. Зажег свечу и склонился над бумагой. Все руны-иероглифы можно было разложить на составные части, которые встречались везде и отдаленно напоминали "мои" руны. Они хитро цеплялись друг за друга, как в пазле. Вот откуда ощущение детства. И я стал разбирать эти пазлы.

Дело шло туго. Если б знать конкретно вид составных частей, а так. Возился до восхода. Потом проснулась Лиза и все остальные. Завтрак, сборы и в путь. В этот день, заключительный перед Скурцево, я не разминался на привалах, а корпел над бумагой. Благо настоял, чтоб в Гаронде затарились ей и карандашами. Витар постоял рядом, но я его отогнал, чтоб не мешал. Это же коснулось и Агнара. Вечером, в предпоследнем постоялом дворе, наконец-то сложилось. Вычленил часть однотипных змеек-крючков напоминающих "мои" руны и назвал их символами. Нашел последовательность из десяти символов пяти видов, отвечающих за цвет, и залез в астрал экспериментировать.