Шрифт:
– Думаю, вам лучше поесть, – доброжелательно сказал разноглазый.
Маруся оглядела стол.
– Надеюсь, сюда вы ничего не подсыпали?
Китаец рассмеялся.
– Я буду есть вместе с вами, – сказал он и взял со стола палочки.
Маруся кивнула и последовала его примеру.
Лапша была восхитительна. Марусе даже показалось, что ничего более вкусного она в жизни не ела. Жаркое было острым, со странным, почти черным мясом. Пирожки с овощами, креветки, размером с половину ладони… Внутри стало тепло и приятно. Стоило попадать в плен, чтобы наконец наесться?
– Пиво? – разноглазый протянул Марусе бутылку с пенящимся напитком.
– Я не пью, – замотала головой Маруся.
– Очень хорошее пиво. Харбинское, – китаец сделал глоток. – М-м-м-м.… Очень вкусно.
Маруся подумала, что терять-то уже, в общем, нечего, и вполне возможно, это был последний обед в ее жизни, так что она кивнула и взяла бутылку с пивом.
Китаец улыбнулся.
– Обязательно надо все попробовать, – ласково сказал он, – для этого и дана жизнь.
После бутылки пива все стало совсем хорошо. Маруся расслабилась и подумала, что тут тоже неплохо, к тому же она уже выражала желание остаться жить в Китае. Правда, сильно клонило в сон…
– Думаю, вам лучше принять ванну и поспать, – словно прочитал ее мысли разноглазый.
Маруся пьяно улыбнулась и кивнула.
Китаянки аккуратно помогли ей встать и отвели в комнату с большой европейской кроватью. Рядом с кроватью, прямо на полу, стояла старинная ванна на ножках, наполненная горячей водой зеленого цвета.
– Травы, – кивая, объяснила одна из китаянок.
Вторая китаянка уже помогала снять платье. Марусе было так лениво думать и сопротивляться, что она позволила себя раздеть и поместить в ванну.
Вода была приятной и мягкой, будто слегка маслянистой. Одна китаянка натирала тело Маруси мочалкой, вторая осторожно мыла голову, тщательно промывая волосы. Сознание уплывало и словно стирало из памяти все, что происходило с Марусей за последние 14 лет…
13
Когда Маруся проснулась, в комнате по-прежнему царил полумрак. Она поднялась с постели и накинула белый махровый халат. Вышла из комнаты и осмотрелась. Большой дом, в интерьере сочетаются китайский экзотический колорит и европейское барокко. Какие-то зеркала в тяжелых резных рамах, картины, статуэтки Будды и тут же мраморные бюсты. Золоченые подсвечники, китайские фонарики… красиво. Маруся нашла комнату, в которой они вчера (или когда?) ужинали с разноглазым и внимательно осмотрела пол. Куда же он выбросил ящерку?
– Уже проснулись?
Маруся обернулась на голос.
Разноглазый стоял в таком же белом халате с чашечкой кофе и улыбался.
– У вас всегда так темно… Непонятно, какое время дня.
– А зачем вам? Наблюдать за часами дурацкая привычка.
Маруся пожала плечами.
– Кофе?
– Давайте кофе, – быстро согласилась Маруся.
Можно обойтись и без часов, если кормят «по часам».
Разноглазый щелкнул пальцами и в комнате возникли китаянки с кофейником и чашками.
Маруся села за стол.
– Вам нравится здесь? – поинтересовался разноглазый.
– Да… У вас красиво, – сказала Маруся, – и вкусно.
Мужчина рассмеялся.
– Вы, кажется, что-то искали здесь?
Маруся слегка смутилась.
– Вам показалось.
Разноглазый вытащил из кармана халата саламандру и положил на стол рядом с Марусей.
– Смотрите, я не собираюсь отнимать ее у вас.
Маруся взяла ящерку. Внешне она выглядела так же, как и раньше, но теперь от нее не исходило холода.
– Подделка? – спросила Маруся.
Китаец сел рядом.
– Подделка, – вздохнул он. – Разумеется, я не верну вам вашу саламандру.
Он говорил это так спокойно и доброжелательно, что Маруся даже растерялась, как надо было правильно реагировать на такое.
– Тогда расскажите, что вам от меня надо и, если можно, отпустите обратно к профессору.
Китаец отпил кофе и промокнул губы салфеткой.
– Боюсь, профессора уже нет с нами.
Маруся побледнела.
– В смысле в Китае, – поправился разноглазый. – Они улетели обратно еще вчера.
Маруся задумалась. Китаец постоянно обманывал ее – можно ли доверять этой информации? С другой стороны, почему профессор до сих пор не нашел ее, у него ведь есть компас и маячок на коммуникаторе… Впрочем, про коммуникатор можно было забыть. Теперь у Маруси не осталось ничего, кроме белого махрового халата.
– Поверьте, здесь вас никто не найдет, – снова угадал разноглазый.
– Вы умеете читать мысли? – спросила Маруся.
– Нет, – пожал плечами разноглазый, – я умею это.
Он снова щелкнул пальцами и к нему подошла уже знакомая китаянка. Разноглазый взял ее руку и положил на стол. Потом сосредоточенно посмотрел на нее. Девушка вскрикнула и завыла, одернув руку, – ее запястье висело, как тряпка.