— Вы меня с кемто путаете.

— Ну, отчего же? Вы никакая не наследница российского престола, не Наталья Романова, выросшая за границей. Вы — Марина Савич, полевой агент одного из разведывательных управлений Северного государства. И очень скоро попадете в крупные неприятности, если не прислушаетесь к советам друзей…

— Вы себя имеете в виду?

— Конечно.

— Приятно было побеседовать, — сказала Марина.

Легонько нажала педаль, и машина одним рывком вырвалась на широкую улицу. В зеркальце Марина видела, что китаянка стоит на прежнем месте, глядя ей вслед. Хорошенькие дела, сердито подумала Марина. Гдето утечка, и серьезная, если эта загадочная красотка совершенно правильно назвала ее настоящее имя. Вопрос только где? Не зная этого, невозможно строить версии, потому что…

Засвиристел телефон. Марина схватила его с сиденья, "проворно нажала кнопку. На сей раз экран работал. На нее смотрел совершенно незнакомый субъект лет сорока, с неприятным длинным лицом.

— Здравствуйте…

Бросив быстрый взгляд вправо, она увидела у тротуара свободное местечко и ловко припарковалась, не выключая мотора. Настороженно ответила:

— Здравствуйте…

То, что виднелось за спиной незнакомца, походило на обычный загородный пейзаж, но экран был слишком маленьким, чтобы рассмотреть детали. И все же… Над головой у него — определенно небо, он стоит на улице…

— Простите, я могу узнать вашу фамилию? И место, где вы сейчас находитесь? Я не могу определить номер вашего мобильника…

Ничего удивительного, подумала она. Такой уж хитрый телефон. Коекакая его нестандартная начинка бдительно следит, чтобы кто попало не узнал номера Марины и не засек ее координаты.

— А кто вы?

Она уже понимала, кого ей напоминает этот тип — ну, конечно, полицейского.

— Роберт Мягких, подполковник министерства внутренних дел, — сказал мужчина почти равнодушно, как человек, произносивший эту нехитрую формулу десятки раз. — Вы знаете господина Степана Романцова?

— Ну, вообщето… — сказала Марина осторожно. — Да в чем дело?

— Ваш номер не устанавливался, но последний звонок по мобильнику господина Романцова был сделан именно вам.

— Что случилось?

— Может, вы все же назоветесь и скажете, где находитесь?

— Что случилось, я вас спрашиваю?!

Изображение на дисплее дрогнуло, лицо уплыло в сторону — человек повернул свой аппарат. Спросил невозмутимо:

— Вам хорошо видно?

Марина молчала. Она даже узнавала места — сто одиннадцатый километр шоссе, поворот на мост, крутой откос… Внизу виднеется синяя машина, лежащая вверх колесами, смятая так, что кажется чуть ли не плоским листом железа.

— Я убедительно прошу вас… — начал подполковник.

Марина нажала кнопку, обрывая разговор. Быстренько набрала один из кодов, и телефон сговорчиво мигнул сиреневым огоньком, докладывая, что больше никто не сможет ее отыскать во второй раз, даже с помощью мобильника Степана. Просто удивительно, что его аппарат уцелел, удачно упал, должно быть, или вылетел в окно, пока машина кувыркалась с откоса…

Ничего не понимаю, подумала она. Ничегошеньки… Хорошо, компания «Первая звезда» — и в самом деле особо засекреченное подразделение одной из разведслужб Северного государства. Предположим, тамошний отдел безопасности все же выследил Степана электронными тропинками и установил его личность. Но ведь должны же были они узнать, что он — свой! Не иностранный шпион, не террорист, не любопытствующий хакер! Человек, занимающий не столь уж маленький пост в сугубо правительственном учреждении, в разведке… За ним могли установить наблюдение, взять под колпак, но убивать?! Совершенно нетипично, полностью противоречит практике… Что же, в конце концов, происходит?

Найти ответ можно было однимединственным способом: не сидеть на обочине и не ломать голову над крохами информации, а работать самым активнейшим образом. Тогда и информация к тебе повалит во всех ее разновидностях, формах и образах. Ответ на прямой вопрос — это информация. И хмурые парни с пистолетами, выскочившие изза угла навстречу с твердым намерением тебя ухлопать — это тоже, в сущности, информация. Главное, не дать себя ухлопать, вот и все…

…Женю она увидела издали, та нетерпеливо прохаживалась возле невысокого крыльца почтамта, то и дело нетерпеливо озираясь. Опустив на нос дымчатые очки, Марина терпеливо ждала, пронизывая толпу взглядом наподобие рентгеновского луча. Убирала из поля зрения случайных прохожих и тех, кто входил в здание или выходил из него исключительно ради писем и телеграмм.

И очень быстро, произведя быстрый и квалифицированный отбор, оставила одногоединственного человека в белых брюках, желтой рубашке и темных очках. Он прохаживался в том самом месте, которое выбрала бы под наблюдательный пункт и Марина, возникни такая надобность. Положительно, мир тесен. Тот самый полицейский капитан, что с завидным постоянством возникал то и дело у нее на хвосте с азартом опытного волокиты. Ну вот, это тоже информация. Раз он здесь, значит, имеет прямое отношение к тем микрофонам, которыми нафарширована роскошная Женина квартира.

Она наклонилась к Рите и прошептала на ухо:

— Видишь вон того, в желтой рубашке?

— Ага. С цветами. Девушку ждет.

— Приключений он ждет на свою жопу! — сказала Марина, неприязненно щурясь. — И скоро дождется. — Она вынула из сумочки небольшой, но крайне полезный в хозяйстве ножик из закаленной стали и сунула его девчонке в руку. — Тут гдето поблизости должна стоять его машина, тот самый «Датсун», про который ты узнавала. Сумеешь аккуратненько проткнуть покрышку, чтобы внимания не обратили?