– Только то, что к вашим пациентам сейчас добавится новый, необследованный.

Полковник поднялся из-за стола и шагнул к двери в смежную комнату.

– Еще один очевидец, наблюдавший аномальное, как выразился Стэнли, явление.

Мужество не значилось в списке достоинств рядового Дитриха. Плэйтон убедился в этом, как только солдат вошел в комнату. Вид у Дитриха был такой, словно его вели на расстрел.

– Рядовой Дитрих!
– приказным тоном отчеканил Плэйтон.
– Повторите присутствующим все, что вы рассказали мне об утреннем происшествии!

Полковник возвратился на свое место и выжидающе уставился на Дитриха. Тон сработал. Дитрих мгновенно подобрался и заговорил, не сводя глаз с Плэйтона. Тот движением головы указал в сторону членов комиссии.

– Обращайтесь к ним, Дитрих.

Рядовой кивнул и перевел взгляд на ученых.

Делая вид, что просматривает лежащие на столе бумаги, Плэйтон незаметно наблюдал за членами комиссии. Все трое смотрели на Дитриха. Стэнли слегка иронически, Хейлигер и Маклейн - изучающе. "Если кто-то из них и замешан в утреннем происшествии, то в выдержке ему не откажешь", мысленно отметил Плэйтон.

Сквозь обитую мягким пластиком дверь доносился невнятный гул голосов. Капитан Крейн отстучал на машинке отчет на имя генерала Розенблюма, положил в папку с документами на подпись, встал и прошелся по комнате.

Телефоны молчали. Крейн постоял с минуту возле окна, машинально барабаня костяшками пальцев по подоконнику, потом оглянулся на дверь в кабинет и, словно приняв какое-то решение, быстро пересек приемную и скрылся за дверью туалета. Опустил крышку унитаза, сел, облокотился о колени и замер, уткнувшись лицом в ладони.

Плэйтон бесшумно выдвинул средний ящик письменного стола и только потом опустил глаза. Браунинг лежал на месте. Не задвигая ящика, полковник выпрямился и обвел взглядом присутствующих. Дитрих кончил свой рассказ и отвечал на вопросы членов комиссии.

Начиналось главное, ради чего, собственно, полковник и собрал их в своем кабинете. А поскольку это главное могло быть чревато любыми неожиданностями, Плэйтон заранее, еще до прихода ученых, переложил браунинг из кобуры в ящик стола.

– Есть еще вопросы к Дитриху?

Вопросов не было.

– В таком случае, господа, у меня есть вопрос к вам.

Плэйтон помедлил, выжидающе глядя на членов комиссии. Те вели себя как ни в чем не бывало: Стэнли изящным жестом поправил узелок модного галстука, Хейлигер не спеша завинчивал колпачок фломастера, Маклейн поерзал, удобнее устраиваясь на стуле, но особого беспокойства не проявлял.

– Мне хотелось бы знать, - полковник опять сделал паузу, - кто из вас, господа, побывал сегодня утром в казарме старого форта?

Стэнли с Хейлигером недоумевающе переглянулись и, как по команде, взглянули на Маклейна. Тот опустил голову. Матово отсвечивающая плешь в обрамлении густо вьющихся волос придавала ему сходство с упитанным священником-францисканцем.

– Неужели это были вы, Антони?
– искренне удивился физик.
– Как вас угораздило подняться в такую рань?

– Не говорите глупостей!
– вспылил доктор.
– Вы прекрасно знаете, что это был не я!

– Тогда кто же?
– Стэнли перевел взгляд на Хейлигера.
– Вы, Джон?

– Терпеть не могу ранние прогулки!
– поморщился биолог.

– Странно, - хмыкнул физик и обернулся к Плэйтону.
– А вы уверены, что это был кто-то из нас?

Рука Плэйтона сама собой потянулась к ящику стола.

– Да!
– отрезал он, не сводя глаз с лица физика.
– Это он, Дитрих?

Ответ прозвучал обескураживающе.

– Никак нет, господин полковник. Того типа среди присутствующих нет.

Стэнли ухмыльнулся. Маклейн робко захихикал. Даже невозмутимый Хейлигер изобразил некое подобие улыбки.

Плэйтон лихорадочно прикинул в уме "за" и "против". Терять было уже нечего, и он решился.

– Как попало в казарму ваше удостоверение, Стэнли?

– Мое удостоверение?

– Ваше, Стэнли! Хотите на него взглянуть?

– Не откажусь!
– Стэнли продолжал ухмыляться.

"Сейчас ты у меня по-другому запоешь, голубчик!" - злорадно подумал Плэйтон, сунул руку в нагрудный карман и замер: карман был пуст...

Растерянность продолжалась считанные секунды. Плэйтон мгновенно "прокрутил" в памяти минувший день с той минуты, как он подобрал в казарме удостоверение, вложил его в нагрудный карман мундира и застегнул пуговицу: книжечка не могла никуда деться, но факт оставался фактом - удостоверение исчезло. Плэйтон обвел взглядом лица членов комиссии и неожиданно для самого себя громко расхохотался.