– Не будь смешным! Это же аннигиляция, я тебе говорю. Данные о полной предстартовой проверке и о ходе старта у тебя в столе - все было в порядке. Иначе и быть не могло. А теперь даже с наперсток газа не осталось. Комиссия будет копошиться полгода, чтобы записать в протоколе: авария произошла вследствие некоторых нарушений технологического режима гиперсветовых силовых узлов. Это мы и без комиссии знаем, потому что следящие системы старт-зоны точно привязали момент взрыва к моменту включения запалов, а больше мы не узнаем ничего! Но я скажу тебе другое, он угрожающе выбросил в сторону Ринальдо палец.
– Машины - не люди. Они надежны. Если какой-то осел за пультом не справился с переходом в надпространство, не машину следует винить! Вспомни. Когда под тобой взорвался тренажер, не он был виноват, а ты! Твоя паршивая реакция!

Чанаргван умолк, но казалось, что широкий мрак кабинета еще звучал несколько секунд, рассасывая его трубный голос в мякоти портьер. И тогда Ринальдо сказал:

– А если снова?

– Перестань! Ты не понимаешь. Все будет в порядке. Я знаю эти машины, - в голосе Чанаргвана прозвучала нежность, - я сам их испытывал когда-то, сам принимал первый образец... Они безотказны, Ринальдо. Дважды одна глупость не повторяется. Ну? Хватит воду в ступе толочь, время дорого. За сутки надо много успеть.

– Мне это как-то не нравится, - сказал Ринальдо.

– Ты согласен или нет?
– закипая, спросил Чанаргван.

Ринальдо поднял голову со сцепленных кулаков. На лбу его долго таяло белое продавленное пятно.

– Нет, - спокойно ответил он наконец.
– Что дальше?

– Так, - ровно и угрожающе проговорил Чанаргван.
– Что конкретно ты предлагаешь?

Ринальдо пожал плечами.

– Надо подумать.

Чанаргван вскочил и, сжав губы, забегал от стены к стене. Дахр болезненно следил, как его отец - в развевающихся свободных брюках и затянутой застежками рубахе, громадный, похожий на льва, оттопырив брезгливую адмиральскую челюсть, мечется по кабинету, взбивая воздух позади себя.

– Успокойся, дружище, - попросил Ринальдо.

– Что мне, философствовать сейчас с тобой?

Ринальдо улыбнулся половиной лица.

– Удостой.

– Я не могу без тебя решать такое, - сказал Чанаргван после паузы.

– Понимаю, - кивнул Ринальдо.

– Ты просто издеваешься надо мной! Ты уже решился!

– Это ты уже решился. Не надо делать вид, будто мое мнение для тебя сейчас чего-то стоит.

– Вот как ты заговорил, - Чанаргван остановился прямо перед ним. Что бы я ни сделал, ты всегда усмотришь подлость!

Ринальдо улыбнулся. Он ждал этих слов с начала спора.

– Но я все равно буду делать! Я делатель! А ты - говорун!

– Отдай приказ, делатель.

– Ах, приказ! Ринальдо, мне и без того надоело слышать: ты не в рубке, ты не в рубке... А я люблю быть в рубке!

– Председателем Комиссии по колонизации тебя назначил Совет, - будто извиняясь, напомнил Ринальдо.

– Знаю...

– Там считали, что во главе нужен крупный специалист по космонавтике, практик...

– Знаю!

– Будь моя воля...

– Да знаю я! Ты согласен?

– С чем?

– С моим планом!
– он осекся, увидев, что Ринальдо улыбнулся снова. Так. Улыбаешься. Знаешь, что это значит?
– спросил он с угрозой.

– Что?

– Что по существу сказать тебе нечего.

– Чанаргван, - позвал Ринальдо безнадежно.
– Меня победить - это не самое главное сегодня. Остынь. Надо подумать.

– Надо решать, - ответил Чанаргван и, резко повернувшись, пошел из кабинета. У двери обернулся.
– Надо спасать людей. Я в рубке, понял? Ответственность на мне. А ты, - он презрительно скривил сочные коричневые губы, - ты философствуй всласть.

Ушел.

Навалилась тишина и загустела среди портьер.

– Еще попить?
– нерешительно спросил Дахр.

– Пожалуй.

Удивительно нелепыми и немощными казались их голоса.

Дахр принес сок. Сел напротив Ринальдо и приник к бокалу; кадык его, острый и раздвоенный, запрыгал вверх-вниз, готовясь, казалось, пропороть тонкую смуглую кожу. Потом встал и зачем-то надел куртку отца, затянулся на все ее бесчисленные застежки и сразу стал похож на некоего межзвездного корсара из подростковой телепередачи.

– Хорош, - одобрительно сказал Ринальдо.

– Я полечу с ними, - сказал Дахр.
– Меня уважают. Мне верят молодые. Я сам объясню им на Терре, я умею, ты знаешь.

Ринальдо знал.

– Ты сошел с ума, - сказал он.
– Ты...

– Я полечу именно сейчас, - настойчиво сказал Дахр.
– Именно завтра.

– Дурачок!
– крикнул Ринальдо, старчески надрывая голос.
– Неужели ты думаешь, что никто, кроме тебя, не сумеет! Именно вот ты, кто мне так нужен...
– Дахр глядел непреклонно.
– Дурачок...
– медленно прошептал Ринальдо.