И через месяц под стенами Тиса стоял тридцатитысячный лагерь, в котором перемешались вольные и рабы. На охрану лагеря пришлось выделить треть гарнизона Тиса и вскрыть для его питания НЗ города. Напомню, что к тому времени сам Тис только перевалил за шесть тысяч населения.

С началом зимы я лично повел эту армию рабочих к границам пассов. Для убедительности меня сопровождала пятитысячная армия, укомплектованная согласно штату и артиллерией, и конницей. Обозы за нами тянулись до самого горизонта.

К рубежам мы подошли за три недели. Нас приветствовали пограничные отряды, патрулировавшие район будущей стройки. Им было откровенно скучно торчать на одном месте, и я задерживать их не стал. Объяснив офицерам новые задачи, я велел им перебраться на другие участки и следить, чтобы ни местные, ни тем паче пришлые не шастали по местам будущих фортификаций.

Через две недели рытья рвов и воздвигания валов к нам прибыл первый караван с камнем для укреплений. Началось строительство первого форта Великой Тисской Стены. Его мы возвели почти у самой воды и потратили на его постройку больше месяца. Параллельно с ним началась повсеместная закладка фундамента стены. Первый форт ВТС мы укомплектовали тридцатью орудиями нового образца. Разместив их таким образом, чтобы они накрывали и часть Иса, я остался доволен. Гарнизон поставили из сотни охотников, шестидесяти только что выпущенных канониров и сотни мушкетеров. Это был первый наш, вооруженный огнестрельным оружием, отряд. Они позже покажут себя в бою, а тогда я смотрел на них откровенно презрительно. Мушкеты с кремниевым запалом были убоги, тяжелы и ненадежны. Даже самому расторопному стрелку надо было не меньше полминуты, чтобы перезарядить его. Для тренировки я организовал стрельбища прямо при форте. Пусть учатся.

Второй форт к концу третьего месяца строительства был красивее первого, а по вооружению повторял первый. Те же почти триста человек гарнизона. Но к нему мы оборудовали сельское поселение и немедленно заселили его теми рабочими и рабами, кто отличился на первом участке. Между фортами было расстояние выстрела наших новых пушек. Это почти два километра. Красавица стена, шириной с добрую дорогу, соединяла их, делая неприступным весь участок за ней. Я уже молчу про рвы, что тянулись сплошными тремя линиями от Иса до гор Утренней Влаги.

Когда к середине лета мы закончили четвертый и почти достроили пятый форт, ко мне на строительство прибыли послы пассов. Я устроил им торжественную встречу и на откровенный вопрос ответил столь же откровенно:

– В свое время вы осмелились угрожать Тисской Империи. ВТС – Великая Тисская Стена – сможет удерживать ваши армии до тех пор, пока подойдут основные силы и уничтожат агрессора.

– Вы думаете, что мы способны напасть?

– Способны ли вы? Да. Будете ли? Не знаю. Я часто в отъездах и не хочу вернуться в разрушенную страну.

Послы оценили мою откровенность и преподнесли подарок в виде двух сундуков только что наштампованных монет. Я благосклонно принял их вместе с заверениями, что нам всем выгоднее торговать, чем воевать.

Разведка, теперь постоянно работающая в Горге, доложила о шумихе, произошедшей от известий о возведении нами фортификаций. А в столице пассов Патме, куда смогли пробраться наши торговцы, они вызвали настоящий шок. Одно их радовало: раз строят оборону, значит, не готовятся к нападению. Я только улыбался от таких донесений.

До гор оставалось километров десять и пять фортов, когда на капсуле прибыл Игорь.

– Ты что делаешь?! – заявил он.

– ВТС, – ответил я с легкой гордостью.

– Я не об этом! – возмутился он. – Почему ты бросил капсулу в Тисе, а сам сюда свалил? Тис стоит никем не прикрытый.

– Там гарнизон. А я нужен здесь, – пожал плечами я и указал на уходящую к горизонту невысокую, но мощную стену и укрепления.

– Я посылал гонцов, чтобы ты прилетел за нами! Я, как дурак, с женой и дочерью торчу там и жду тебя! Гонцы еле смогли вернуться и сказать, что помощи не будет. Что ты ушел на границу пассов.

– Я ничего не слышал о гонцах, – помотал головой я.

– Еще бы! Вкопался здесь, как крот, в землю. Тоже мне, китайский император!

Он был зол, но видно было, что эта злость уже перегорела. Мне без труда удалось перевести разговор с этой темы на другую.

– Говори лучше, что случилось? Как дочка?

Он отпил из кружки, куда я ему налил местной водки, и ответил, закусив куском вяленого мяса.

– Дочка – нормально, а вот Апрат пал.

Я не сильно удивился, но спросил, как это произошло, и он пояснил:

– У них орудия.

– Это интересно… – сказал я. – Наши?

– Нет, – покачал он головой. – Это либо пассы им передали, либо дикари начали отливать. В дикарей я не верю. Значит, пассы продают им оружие.

Я задумался и заметил:

– Мы ничего не сможем сказать им. Раньше они продавали им ножи, теперь порох и орудия. Расскажи, как дело было…

И Игорь рассказал, еще раз переживая происшедшее с ним и его семьей. Одним ранним утром он проснулся от грохота пушек. Сначала хотел лечь спать дальше: дикари постоянно крутились рядом с городом и по ним с крепости изредка вели огонь. Игорь настолько привык к выстрелам, что не обращал на них особого внимания. Но когда, постучавшись, в их спальню вошел начальник охраны и доложил, что дикари штурмуют стены Апрата, Игорь окончательно проснулся и, натянув броню на голый торс, поспешил за ним.