— Господи! — пробормотала Джульетта, и упала на колени.

Из прихожей, стоя между дверью в ванную и шкафом для одежды, они заглядывали в квадратную спальню, залитую светом из широких окон. На ближней из двух кроватей виднелись чьи-то вытянутые ноги.

Пока Грин вел Эллу к окну, ноги скользнули на пол. Проходя мимо, Элла взглянула на их обладателя. Он был высок — даже выше Грина. Лицо его напоминало высохшую растрескавшуюся глину. Длинный нос был когда-то давно — и неоднократно — сломан и сплющен. Из угла губ свисал мятый дымящийся окурок.

Джульетта, стоя на четвереньках, как зачарованная уставилась на его потертые и изношенные башмаки из коричневой кожи. Вместо того, чтобы поглядеть наверх, она еще ниже опустила подбородок на грудь. Эти широко расставленные ноги, носок одной из которых смотрел внутрь, заставили ее внутренности сжаться от отвратительно яркого воспоминания — ей так часто приходилось в прошлом получать от них пинки!

— Уходи, — безнадежно прошептала Джульетта.

— Встаньте, вы, — скомандовал ее отец. Он не сказал ей «tu» — презрительно выплюнул «vous». Признавать близкие отношения с этой женщиной, распростершейся у его ног, было ниже его достоинства.

От его голоса желудок Джульетты скрутило в узел — так же, как это происходило во всех ее ночных кошмарах за последние двадцать лет. Она сбежала от его варварской жестокости, и вот всего два слова — и она снова попалась!

— Встаньте!

Дола выступил вперед.

— Я вынужден настаивать… — начал он по-французски.

Рикар Дейоне не соизволил даже взглянуть на него. Он выбросил вперед узловатую руку с жесткой щетиной на пальцах, и сграбастал Дола за галстук. Подняв его за грудки, так что тот стукнулся головой о потолок, Дейоне отшвырнул его к двери. Удар выбил из его легких весь воздух, и Дола мучительно закашлялся.

— Рикар! — завопил Грин, хватая его за локоть, но француз даже не обернулся.

— Не заставляйте меня поднимать вас, — предостерег он Джульетту.

Опираясь рукой о шкаф, она нерешительно поднялась на ноги.

— Зачем вы приехали?

— За вами.

— Что… что вы имеете в виду?

— За вами и девчонкой. Можете вернуться со мной во Францию.

Грин бросил взгляд на Дола, который тоже, пошатываясь, поднимался с пола.

— О чем они говорят? — Но у Дола не хватило дыхания ответить.

— Я замужем, — напомнила Джульетта.

— Ваш муж — вы ему нужны?

— А вам мы разве нужны? Что-то раньше я не замечала.

— Ваш муж, я сказал, — он собирается о вас заботиться? Нет! Тогда это мой долг.

— Не думаете же вы, что мы и вправду поедем с вами!

— Это та девчонка? — он ткнул пальцем в сторону Эллы. — Она — ведьма. Тяжелая работа и моя рука быстро выбьют из нее страсть к колдовству.

— Думаете, она еще не знает, что такое побои? — пробормотала Джульетта.

— Я отказываюсь позволять вам… — Дола вновь попытался заговорить.

— Заткнись, а то в следующий раз полетишь в окно.

— Сколько вы хотите? — напрямик спросил Дола.

— Я хочу получить свою дочь.

— Я не твоя дочь! — выкрикнула Джульетта.

— Кровь есть кровь!

— А деньги есть деньги! — Дола почувствовал себя на правильном пути. — Сколько вы запросите?

— За что?

— За то, что уедете.

Дейоне еще раз смерил взглядом сжавшуюся от страха дочь. После этого он прислонился спиной к стене, прикурил еще одну белую, с резким запахом сигарету, и больше уже ни разу не взглянул на Джульетту.

— Вы хотите купить то, что не продается.

— Я не собираюсь ничего покупать. Я плачу за то, чтобы вы уехали.

— Нет.

— Пять тысяч.

— Еще чего! — Дейоне был в негодовании. — Пятьдесят!

Лицо Дола отразило не меньшее потрясение, прежде чем он понял, что речь идет о франках.

— Хорошо, хорошо! Послушайте, я выпишу вам чек…

— Не суйте мне это дерьмо!

— А чего же вы хотите? Наличные?

— Конечно!

— Как вы думаете, сколько денег я могу таскать с собой?!

— Никак не думаю. Мне плевать. Гони наличные, и весь сказ.

Дола бросил взгляд на часы. Было далеко за полдень, да еще суббота. Банки закрыты. Хотя могут работать обменные пункты… Он нацарапал на чеке «Выдать предъявителю» и сумму, и вместе со своей карточкой «Америкэн Экспресс Голд» сунул его в руки Грину.

— Обналичишь это. Забери его отсюда, и выдай ему деньги, и не давай ни с кем по дороге разговаривать. — Дейоне выхватил карточку из руки Дола. — И растолкуй ему, что без кода она бесполезна. Ноль-один-ноль-девять. Воспользуешься только при крайней необходимости. И ни в коем случае не больше пятидесяти тысяч франков. Уразумел? Франков — не фунтов! Это весь лимит моей карты. И сам с ним не разговаривай.