– Мама, – сдавленно пискнула я.

В шалаш просунулась голова Лоты.

– Очнулась! – с восторгом завопила она, так, что её было слышно во всём Лесу, и тут же оказалась внутри.

– Ладно, мне пора, – Страж быстренько ретировался, напоследок неуклюже махнув рукой.

– Как ты, Арин? – Лота с благоговейным восхищением подоткнула край моего одеяла. – Ты теперь – живая легенда! Из Эрлинга приходят, чтобы хоть издали посмотреть на тебя! В Оринги столпотворение, вдоль дороги стоят повозки, вокруг шатры!

– Ужасно, – пробормотала я. – А что мне сделать, чтобы они все разошлись? Вернуть всё назад?

– Что ты, Арин! – Лота подняла на меня округлившиеся глазищи. – Как ты такое говоришь! Да знаешь, я счастлива уже тем, что была с тобой эти дни! Мне теперь на всю жизнь хватит воспоминаний! А ты, ты… героиня Авендума! Орри для тебя столько затеял!

– Знаю, знаю… Торжественный въезд, бал и всё такое… Спасибо, Рэй предупредил.

– Рэй! Арин, представляешь, он с тобой просидел всё время, пока ты была без сознания. Не отлучался ни на секунду! Не подпускал никого, кроме нас с Дилоной.

– Конечно, кто ещё будет спасать их с Орри от неприятностей, в которые они всё время попадают! Я бы на его месте пылинки с меня сдувала!

Лота как-то странно посмотрела на меня и улыбнулась.

Стенку из зелёных веток отогнула чья-то рука.

– Великая, – позвал меня тихий незнакомый голос, – прости, что беспокоим тебя, но к тебе пришли…

С Лотиной помощью я поднялась на ноги и вышла наружу. Спотыкаясь на каждом шагу, но держась лучше, чем ожидала. Меня поразило количество народу – на приличном расстоянии от лионы стояло, сидело и возлегало перед шатрами, палатками и возами около ста с лишним человек. При моём появлении лежащие и сидящие подскочили, по рядам прошёл шепоток. Я поёжилась, предположив, что сейчас они все бросятся на меня, но, по счастью, чья-то воля или же благословенный приказ удерживали их на месте.

Мирцри ждал в паре метров от шалаша. Тот же, что первый коснулся меня тогда, в конюшне. Я обняла его, прижалась к тёплому боку.

– Спасибо!..

«Тебе спасибо, Арриин. Теперь можно вернуть».

В мои руки перекочевали возникшие из ниоткуда жёлто-бурый от времени Свиток и книга в коричневом, тиснённом золотом переплёте.

«Всё перепутано. Сбило бы с толку».

– Да я догадалась, – я без интереса повертела в руках сокровища, за которые не так давно отдала бы полжизни. – Хотелось бы задать один вопрос, – я огляделась, не слышит ли кто. – Глупый вопрос, наверно. Для нас – бесценный дар. А для вас? В чём была первопричина? Найти две расы, чтобы провести…

Пушистая лапа легла на губы, заставив меня замолчать.

«Не эксперимент. Не произноси вслух. Обидно. Ты сказала однажды: Авендум – это Лес. А Лес – это Тропы. Они живые. Без нас или вас – гибнут. Становятся серыми. Нас мало, Арриин. Мы… умираем. Вы – будущее. Мы хотели спасти наш мир. Насколько возможно».

– Значит, Тропа стала цветной не потому, что у меня появилась сила. Она стала такой потому, что почувствовала меня, – прошептала я.

«Тропы – ключ к вашей силе. Вы даёте им жизнь. Они – способность творить… как это? Чудеса?»

– Магию?

«Да. Взаимовыручка. Сотрудничество».

– Потому сотни полукровок, ни разу не вставших на Тропу, так никогда и не заподозрили о своём могуществе, – вздохнула я и провела рукой по пятнистому боку: – Почему же вы молчали столько лет?!

«Думали, вы не приняли нашего дара. Мы плохо в вас… как это? – разбираемся. Не знали, что вы можете желать разного. Мы не можем».

– О, с этим у нас всегда проблемы, – я невесело улыбнулась. – Мы слишком разные, и желания у нас весьма противоречивые. Надеюсь, теперь будет попроще.

«Я Грийрл. Можно, я буду приходить? Учиться разбираться в вас?»

– Тогда я точно для всех стану Арин Великой. Конечно же, приходи. Я буду рада.

«Почему ты коверкаешь своё имя?»

– С чего ты взял?

«Ты – Арриин, Ар-ри-Ин, – очень чётко прозвучал голос. – Как написано в вашем последнем… Сказании? Предании?»

– Пророчестве, – я заглянула в мерцающие глаза. – Подожди! Нет, не может быть! Так что, Последняя Надежда – это… имя?!

«Твоё имя».

Я со стоном сползла на землю. Тут же подбежала встревоженная Лота и с ней дюжина обеспокоенных женщин.

Нет, хоть режьте меня, в Эрлинг я точно не поеду!

***

– Не передумала? – спросил меня Орри, протягивая руку, чтобы помочь забраться в седло. Галантный жест, ничего не скажешь, хоть и нужна была мне эта помощь, как рыбе зонтик.

Я покачала головой.

– Разумеется, нет. Ещё один день моего прославления – и я устроила бы тебе небольшой дворцовый переворот. Кажется, твои живописцы успели намалевать мой портрет. По счастью, на меня совершенно не похожий. Выстави его на обозрение, и пусть этим всё и ограничится. Любого, кто пожалует любоваться оригиналом в Мерден, я собственноручно спущу с крыльца.