– Робсон?

– Пешка. Почти ничего не знает. Радиосвязь - вот и все его обязанности. Моими стараниями он стал здесь персоной "нон грата", так что его попросили убраться подальше. Вот Гранту действительно не повезло... или не повезет.

– Что с ним?
– полюбопытствовал я.

– Ну, прежде всего Йев выгнал его за самодеятельность, а тут ещё у него в багаже появился подарочек, - Гаффер бросил взгляд на часы.
– Как раз сейчас его снимают с лондонского рейса в Бейруте за контрабанду килограмма героина. Теперь его ждет лет пять спокойной жизни, ведь мы не можем себе позволить выступить в суде.

Он направился к двери, но замешкался на пороге и неловко заметил:

– Послушай, не думаю, что ты мне поверишь, но я действительно сожалею о гибели Уэйнрайта. В самом деле.

– Оставим это, - бросил я.

– Забавно, знаешь, кое в чем он был просто гений, и все же...

– Оставим эту тему, - настойчиво повторил я

– Ладно, - кивнул Гаффер.
– Но тебе тоже не терпелось отправиться на покой. Я не держу зла. Глоток виски, попавший не по назначению, ещё никому не вредил.

Я посоветовал ему заткнуться и в тот же день отправился навестить Клер.

Она даже слушать меня не захотела, и ей трудно было возразить.

– Ты закончишь, как Джеймс, Идвал, или превратишься в некое подобие Гаффера. В любом случае мне лучше держаться от тебя подальше...

Так что я вернулся обратно, а у Йева лежало для меня сообщение с просьбой позвонить Гафферу. Теперь я сижу и жду, когда нас соединят.