Как только стемнело, Соломон отвез нас на небольшой аэродром. Под альпинистским снаряжением мы потели, как невесты в июньскую жару, но я знал, что в горах об этом жалеть не придется. К тому же он снабдил нас таким снаряжением, которое могло удовлетворить любые наши мыслимые потребности. Все было уложено в три вполне компактных тюка, а в четвертом спрятан передатчик.

– Мы с отцом проинструктировали пилота, - сообщил Соломон.
– Похоже, он смотрит на вещи довольно старомодно, но сделает все как надо, если это вообще возможно. Хороший парень, зовут его Грант. Раньше служил в морской авиации, потом подписал контракт с компанией.

– Он сможет держать рот на замке?

– А почему бы и нет? У нас ему слишком хорошо живется, чтобы позволять себе какие-то выкрутасы. Да и о чем ему рассказывать? Высадил где-то в горах трех типов? Так это бизнес моего отца. Ребят в клубе это не заинтригует.

Большой вертолет лениво примостился перед ангаром на площадке, залитой светом, словно танцевальный зал, так что мы предпочитали держаться в тени, пока грузили нашу поклажу и машину выкатывали на середину поля. Затем мы, согнувшись, добежали до двери и в полной темноте вскарабкались на борт. Соломон поднял вверх большой палец и буркнул:

– Ладно, Идвал, с завтрашнего дня мы каждый вечер будем ждать твоих сообщений. Удачи тебе!

Дверь захлопнулась, взревел мотор, и мы с неуклюжей грацией верблюда, свойственной всем вертолетам, поднялись в небо.

Лахор под нами предстал громадным островом света посреди бескрайнего моря тьмы. Облака висели низко, в них отражались проблески сигнальных огней, но вскоре они погасли, и кромешную тьму разрывали только притемненные огни в кабине пилота. Мы скорчились на полу грузового отсека. Сафараза, который и в обычном-то самолете летать терпеть не мог, стало тошнить, но в конце концов он заснул.

Молчание Уэйнрайта действовало на нервы. После возвращения мы едва перекинулись парой слов, но обиды в нем не было - он просто сломался. В безуспешной попытке разговаривать с ним на равных мне удалось настоять на присутствии Уэйнрайта на заключительном инструктаже, но даже там старый черт Гаффер зло набросился на бедолагу и ясно дал понять, что тот участвует в операции только благодаря умению обращаться с передатчиком, чего я, разумеется, не умел. Потом Гаффер замолчал на полуслове и рявкнул:

– Учти, я тебя предупреждал, и не собираюсь больше к этому возвращаться. Во время операции ты будешь получать информацию только по мере необходимости, заруби себе это на носу, Уэйнрайт, - и так далее в том же духе

Я не стал бы его винить, если бы он взорвался, наговорил старому козлу кучу дерзостей. Мне уже приходилось упоминать, что Гаффер не может удержаться от обсуждения мелких и малозначащих подробностей. Можно добавить и про его неумение сдерживать свое раздражение. А ещё я с кривой ухмылкой подумал, что он точит зуб и на меня тоже.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил я, просто чтобы завязать разговор.

– Все нормально, - вяло отозвался Уэйнрайт.
– Не стоит беспокоиться.

– Не в том дело. Тебе нужно поберечь руку.

– У Йева меня осматривал врач. Все почти прошло.

– Лучше все-таки обсудить план наших действий после высадки.

– Так ли это важно для меня?

– Иначе я бы и не заводил разговор. В любом случае свежая идея с твоей стороны не помешает. По моим прикидкам, начать нужно с посадочной полосы. Проверить, пользовались ли ей в последнее время. Если повезет, найдем какую-нибудь зацепку и начнем распутывать весь клубок. Если нет, придется покрутиться среди местных жителей, наведаться в окрестные чайханы, собрать слухи и сплетни.

– Полагаешь, они все ещё остаются в этом районе?

– Надо же из чего-то исходить, - попытался я развеять его сомнения. Что ещё нам остается? Тому парню на носилках ещё долго будет не до прогулок. Полагаю, им пришлось соорудить что-то вроде стационарной базы.

– Его уже перевозили на вертушке. Что мешает повторить попытку?

– Из этого я и исхожу. В их распоряжении есть вертолет, и если бы они хотели убраться отсюда, зачем тащить его в эту дыру?

– Пересадить его на нормальный самолет, может быть даже транспортный.

– В твоих словах есть доля истины, но я все же сомневаюсь. Вдоль индийской границы осталось множество заброшенных полевых аэродромов, куда более доступных, чем этот.

– Да, но если у них не было времени осмотреться?

– Возможно. В любом случае, если уж на то пошло, близость посадочной полосы особого значения не имеет. Они могут приземлиться в любом тихом месте в Индии, а затем перевезти его на автомашине.

– Куда?

– Откуда мне знать? Твои гипотезы не хуже и не лучше моих. На мой взгляд, им нужно где-то отсидеться, пока тот парень не сможет спокойно перенести путешествие на своих двоих: человек на носилках слишком привлекает внимание. Госпиталь идеально подходил для этой цели, но Клер слишком перепугала немца возможностью полицейской проверки. Нет, они отправились в Ситло на зимние квартиры. Во всяком случае, я на это надеюсь.