Шрифт:
– Тебе пока не надо его видеть. Могу напугать.
– Чем же? – приподнявшись на локте, Вика пыталась разглядеть гостя.
– Увидишь всех своих мужчин разом! Разве не напугает?
– Это как? Каких мужчин? О чем ты?
– А тех мужчин, с которыми у тебя были отношения, – рассмеялся гость.
– Всех троих? И Олега?
– И Олега.
– Ты рассмеялся сейчас как он, – часто заморгав глазами, чтобы не заплакать призналась она.
– Знаю, – гость нежно обнял ее. – Поплачь, если хочется. А насчет Виктора не беспокойся. Если любишь, то люби… И не испытывай чувство вины перед Олегом, не надо.
– Скажи хоть, как зовут тебя?
– Зови меня Авиджа, – тихо произнес гость.
В этом имени было все. И завывание ветра в пустыне, и рокот морских волн разбивающихся о скалы. Гул земли и жар пылающего огня.
– Ав-ид-жа, – по слогам повторила Виктория и унеслась в сон, убаюканная ласковыми объятиями древней сущности.
На следующий день Виктор был сам не свой, и все тревожно заглядывал в янтарные глаза любимой.
– Почему вчера не захотела встретиться? Я надоел тебе?
– Вить, ты что? Подумаешь, один день не увиделись! Отдохнули друг от друга.
– Это ты отдохнула, а я соскучился.
– Я тоже соскучилась…Но не ходить же теперь, словно пришитые.
– Ладно, – нахмурившись, Виктор отвел взгляд. – Выходи за меня! – выпалил вдруг.
– Как это? – Виктория даже икнула от неожиданности.
– Обыкновенно! Прошу тебя стать моей женой!
– Ой, как-то все… Я не знаю…
– Не тороплю, – спокойно ответил Виктор, хотя внутри все рвалось на части от мысли, что любимая может ответить отказом. – Как созреешь, скажешь.
Целый год парень терпеливо ждал ответа от Виктории. Не торопил, не намекал, не злился, а просто ждал и на новый год получил в подарок небольшую шкатулку, внутри которой лежала открытка с умильной мордашкой кота, а на обороте было написано всего два слова. Два слова, от которых сердце ухнуло вниз: «Я согласна!»
– Это самый лучший подарок! – как ненормальный закричал Виктор, чуть ли не до обморока напугав бабу Валю.
– Оглашенный! Чего разорался-то? – осев на стул, охнула она.
– Баба Валечка! Свадьба! Скоро свадьба!
– У кого? – захлопала глазами Валентина Ивановна.
– Да у нас же!
– Да-а-а? – кокетливо протянула баба Валя.
– Ой, – смутился Виктор, но увидев, что все вокруг смеются, улыбнулся.
– Ну, наконец-то, дождались! – обрадованно произнес отец и крепко обнял будущего зятя.
– Ура! Ура! – прыгала и хлопала в ладоши Юлька. – Ты теперь мне типа брат?
– Ну, да, – согласился новоиспеченный жених, сияя при этом как медный грош и не сводя влюбленного взгляда с невесты.
Свадьбу справили весной. Виктория переехала к мужу и в родном доме гостевала только днем. Первые пять лет пролетели как один день, словно один нескончаемый праздник. Но праздник закончился, и Виктория стала ловить себя на мысли, что тоскует по тем далеким ночам, когда к ней приходил Авиджа. Ее так и тянуло остаться переночевать в родном доме. Вика точно знала, ночной любовник придет, обязательно придет… Потому что страсть с Виктором угасла, и она очень страдала от этого. Страдала и не могла понять, кто к кому остыл? То ли она первая, а потом муж. То ли наоборот. То ли оба разом. Пять лет…
Многие пары расстаются именно на этом сроке, а тут еще выкидыш, который окончательно развел супругов в разные стороны. Остальные пять лет они просто существовали под одной крышей, надеясь, что когда-нибудь все наладится. Вот и наладилось…
«Пять лет страсти, это очень много, – думала Виктория, слушая жалобы сотрудниц на проблемы с мужским полом. – Мне еще очень и очень повезло».
А потом не стало папы… Так неожиданно. Вечером ему вдруг стало плохо. Вызвали скорую помощь, и отца отвезли в больницу, а на следующий день все вместе собирались навестить его. Собирались навестить… Но в два часа дня Виктории позвонили и сообщили, что Михаил Васильевич Вихлянцев скончался. Скончался полчаса назад. То есть в тринадцать тридцать. Тринадцатого марта в тринадцать тридцать. Выронив из похолодевших пальцев телефон, Виктория вспомнила, сегодня ей приснились электронные часы, которые светясь зеленым светом, показывали странные цифры. Тринадцать, ноль, три, тринадцать, тридцать. Вот вам и пожалуйста. Тринадцатого марта в тринадцать тридцать.