Закричав, она присела на корточки и сжалась в комок. Но кричи, не кричи, это случилось, и теперь нужно было оповестить бабулю и сестренку. Виктория позвонила мужу и Юлькиному парню Женьке и без зазрения совести взвалила на них эту задачу.

«Я не смогу, – оправдывала она себя весь день, чувствуя вину. – Правда, не смогу».

На следующий день было опознание в морге. Виктор пошел вместе с женой, чему Вика очень удивилась.

Папа лежал на полу раздетый, укрытый одной лишь простынкой.

– Он? – коротко спросил работник морга, откидывая простыню.

– Он, – кивнула Вика, зацепившись взглядом за шов лилового цвета и грубые нитки, торчащие из него.

– Это папа, – прошептала она и почувствовала, что падает.

Виктор заботливо вывел ее на улицу и усадил в машину.

– Отвези меня к бабуле, – попросила тогда Вика.

– Надолго?

– Вечером созвонимся, – уклончиво ответила она.

Стриганув на нее светлыми глазами, муж промолчал.

Глава 12. Настоящее. Развод.

– Вот и все, – прошептала Вика младшей сестренке. – Теперь ты все знаешь.

– Мне остаться с тобой? – поцеловав сестру, Юлька старалась скрыть навернувшиеся слезы.

– Да, Юленька, да, – закрыв глаза, Вика моментально уснула.

Три дня женщины не отходили друг от друга. Вместе готовили, вместе подолгу чаевничали и разговаривали. Хотя и не были сторонниками традиций, что после смерти близкого человека нельзя слушать музыку и смотреть телевизор, все это получилось само собой. Часто приезжал Юлькин Женька и скрашивал женскую компанию. А Виктор даже не звонил.

Муж заявился, где-то, через неделю.

– Приветствую милых дам, – как ни в чем не бывало, промолвил он, целуя бабулю в щеку.

– Где пропадал? – отвесив увесистый подзатыльник любимому зятьку, громогласно поинтересовалась баба Валя.

– У меня была важная командировка, – чмокнув по очереди жену и Юльку, уселся на диван.– Покормят меня в этом доме? – спросил шутливо, стараясь не встречаться с Викторией глазами.

– Сейчас покормим, – недовольно цокнув, Юлька ушла на кухню.

– Ну, как ты? – по-прежнему не смотря на жену, произнес Виктор.

– Нормально, – сдержанно ответила та. – Ты как? Что за командировка?

– Да клиент достался, – сокрушенно покачал головой муж. – Все жилы из нас вытянул.

– Но, а дело-то движется?

– Движется, движется, – кивнул Виктор, имевший свою адвокатскую контору.

– Почему не звонил? – помявшись, решила спросить Вика.

– Решил не мешать тебе… жалеть себя.

– Это как? – руки и ноги разом похолодели, как предвестники того, что услышит сейчас нечто плохое.

– Вика, – медленно и не совсем уверенно проговорил муж. – Мне с тобой надо поговорить.

– Говори.

– Не здесь, дома. Когда домой соизволишь прийти?

– Давай завтра приду, или послезавтра… – как же не хотелось услышать то, что хотел сказать ей муж. Как же не хотелось.

– Понятно! – Виктор резко встал. – Или после, послезавтра? Да? – и вышел из дома, демонстративно хлопнув дверью.

Тут на пороге комнаты, с подносом уставленным тарелками, появилась Юлька.

– И куда делся этот жаждущий и голодный?

– Ушел.

– Ушел, значит, – прошипела сестренка. – Козел!

– Юля! – Вика подняла на девушку заблестевшие глаза.

– Вот я и говорю, что козел, – Юлька бросилась обнимать старшую сестру. – Как будто нам без него слез мало. Пришел, что-то наплел и слинял! Разве так можно?

– Охо-хо, – переваливаясь как утка, в дом зашла бабуля. – Чего это зятек как заполошный пронесся мимо меня и даже не попрощался? Случилось что?

– У нашего зятька переходный возраст, – продолжая обнимать сестру, сердито ответила Юля.

– Так закончился уже переходный…

– Это уже другой. Вступление в маразм называется! – съязвила младшая внучка.

– Ох, беда с этими мужиками, – вздохнула баба Валя. – И без них плохо, а с ними еще хуже.

– Вика, – прошептала Юлька, дождавшись, когда бабуля выйдет. – Я в инете пробила, что за имя такое, Авиджа. И знаешь что?

– Что? – тоже шепотом отозвалась Вика.

– Это оккультное имя, означающее, что его обладатель душевный лекарь и психолог.

Старшая сестра непонимающе захлопала глазами.