Пришлось во всем сознаться, чтобы в следующий раз не возвратиться, когда будет уже поздно и некуда.

Роман с Андреем продолжался уже полгода и каждый раз, когда Виктория приглашала его в гости, парень под разными предлогами увиливал. Встречались они три раза в неделю по одной и той же схеме. Андрей заезжал за Викторией на работу и вез к себе домой. Очень скоро Вика стала оставаться с ночевкой. Общение с матерью Андрея, давалось ей очень тяжело; будто через себя переступала.

– Галина Петровна, – представилась холеная женщина в первое их знакомство, протянув руку гостье.

Ответив на рукопожатие, Виктория неожиданно смутилась. Ее так бесцеремонно оглядывали, словно…

«Уличную девку», – промелькнуло сравнение.

– А что такое пожатие слабенькое? Сил, что ли нет? – тут же придралась Галина Петровна.

– Не обращай на нее внимания, – поспешил успокоить Андрей, когда они с Викой остались одни в комнате. – У мамы очень тяжелый характер.

Несмотря на то, что Галина Петровна всегда их радушно принимала, Вику постоянно что-то настораживало. Словно в знакомой мелодии проскальзывали фальшивые ноты. Однажды мама Андрея зачем-то позвала ее в свою комнату. То ли показать что хотела, то ли еще что… Но большая фотография забавного мальчишки, висевшая над кроватью, сразу бросилась Вике в глаза.

– Ой, а кто это такой хорошенький? – умилилась она. – Это Андрей в детстве?

– Нет, – поджала губы Галина Петровна. – Это мой внук.

– У вас еще есть дети? – наивно удивилась Вика.

На что мама Андрея, окатила ее насмешливым взглядом и, напевая какой-то романс, выплыла из комнаты. Конечно же, Галина Петровна не случайно затащила ее в эту комнату. Все было так очевидно… Прямо до тошноты и до обморока. Вика проглотила эту оплеуху, но напрямую спросить Андрея так и не решилась.

Ситуация раскрутилась постепенно сама по себе. Новый год Вика встречала в кругу семьи, так как у Андрея было ночное дежурство.

– Что же ты своего молодого человека не пригласила? – спросил за праздничным столом отец.

– У него работа, – ответила дочка, печально пялясь в телевизор, по которому шел бессмертный «Голубой огонек».

– Что же это за работа такая? – пробурчал отец.

– У тебя же опера тоже дежурят?

– У меня? Конечно, дежурят.

– И кому же сегодня так повезло? – словно невзначай поинтересовалась она.

– Жданову повезло. Он парень холостой, а женатики по домам сидят. Или не по домам, это уже не мое дело.

– Вот как, – стараясь сохранить самообладание, равнодушно откликнулась дочка. – И пусть дежурит, если не женат.

А у самой сердце сжалось от такого известия.

Андрей позвонил в час ночи, но отклонив вызов, Вика отключила мобильный. Кое-как досидев до трех часов, она ушла спать, отметив про себя, что худшего нового года в ее жизни еще не было. Привкус обмана чувствовался во всем. Было стыдно, обидно, непонятно и неприятно.

«В любой непонятной ситуации ложись спать», – с улыбкой вспомнила она шутку Олега.

– Вот видишь, Олежка, следую твоим рекомендациям, – прошептала Виктория и, накрывшись одеялом с головой, уснула.

Ласковые прикосновения ночного гостя разбудили ее.

– Пришел? – сонно пробормотала она.

– Сама меня позвала, – прошептал тот.

– Я не звала.

– Звала. Тебе плохо и одиноко сегодня и ты меня позвала.

– Понятно, – вздохнула Виктория. – Являешься, когда мне плохо?

– Да…

– Кто ты такой?

– Всему свое время, а сейчас я должен помочь тебе.

– Давай же не тяни. Если честно, то соскучилась по тебе, – потянувшись в сладкой истоме, неожиданно призналась она.

Андрей названивал всю рождественскую неделю, и Виктория с необъяснимым чувством наслаждения игнорировала его звонки. Все праздники она не выходила из дома, смотрела телевизор, спала, мечтала и выгуливала душу. Это было так необычно ходить зимой по снегу и не мерзнуть. Бабуля, взяв младшую внучку, рванула в деревню в гости к родной сестре. Папа пропадал на работе. Виктория отдыхала от всех и вся.