– Купала! – громко сказала Ксюша, и дверь отъехала в сторону. Конечно, бассейн мог быть связан только с покровителем всех рек и озёр! За дверью Ксюше открылись просторные раздевалки. Длинные ряды шкафчиков и вешалок с хорошо знакомыми белыми махровыми халатами и полотенцами Ксюшу совсем не интересовали. Быстрее ветра, потряхивая рюкзаком на спине, она побежала между вытянутых скамей и заглядывала то за одну, то за другую полупрозрачную дверь. За первой дверью торчали разные металлические качели с железными гирями на тросах, ручками и пружинами, по стенам лесенки, чтобы ползать и висеть вниз головой. За соседней дверью – душевая комната, её Ксюша сразу узнала. В каждых апартаментах Башни, кроме двух спален и совмещённой с кухней гостиной, было аж целых три туалета, душ и ванная. Но не под душем ведь Ксюша пришла мыться! За третьей дверью – странные прямоугольные столики с дыркой на одном конце и разными тюбиками на тумбочках. В тюбиках давным-давно было налито масло. В плохо закрученных тюбиках оно совсем высохло. За четвёртой дверью – настоящий клад! – большущий, вытянутый зал с рисунками бегунов и прыгунов вдоль по стенам. Поперёк зала натянута сетка, в разных концах висит по щитку с кольцами, на полу мячики всех цветов и размеров. Ксюша не удержалась и с визгом распинала мячи, самыми маленькими она плотно набила рюкзак, а когда вдосталь набегалась и запыхалась, поплелась назад к двери. В следующем зале Ксюшу поджидало именно то, зачем она и поднималась на четвёртый этаж.

В синей воде бассейна яркими бликами отражался свет электрических ламп, по бело-голубым стенам вилась мозаика с гребнистыми волнами. Большущие зеркала величиной с саму Ксюшу размножили её на миллион одинаковых девочек. Все девочки стояли возле блестящих хромированных лесенок в бассейн. Нет, не так: Ксюша стояла одна, возле всего одной лесенки, но впервые Ксюша так подробно и ясно разглядела себя, какие у неё лохматые волосы, как лихо она заткнула за пояс полы бурого от грязи халата, чтобы не мешались ей бегать, какие у неё сбитые коленки и пыльные ноги. Что за домовёнок носится по царству стекла, кафеля, хрома, пластика и плексигласа?

Ксюша сбросила распухший рюкзак, одним махом стянула халат через голову, повернулась, крепко вцепилась в поручни лесенки и задом начала сходить в воду бассейна. Сначала вода показалась ей очень холодной, и Ксюша сразу отдёрнула ногу, но, когда попробовала ещё раз, вода в бассейне удивительным образом потеплела. Ксюша залезла по пояс, но до дна всё равно не доставала, просто окунулась пару разков с головой, побрызгала ладошкой, при этом не отпуская поручня, и поднялась.

Синее море – прямо как в сказке! В Башне есть всё-всё-всё, о чём только мечтаешь! Кладовые-сокровищницы, железные кони на паркинге, каменное солнце с кривыми дорожками, и своё синее море! О чём бы Кощей не рассказывал – всё в Башне сбывалось, стоило только внимательно слушать, находить и открывать.

Мокрая Ксюша юркнула в раздевалку. Грязный халат она оставила у бассейна. Зачем грязный, когда на вешалках висит целая куча чистых? Тут же в раздевалке она яростно вытерлась полотенцем. Изнутри Ксюшу так и подбрасывало! Когда она вернётся в шалаш, обязательно нарисует карту всей Башни, со всеми рунами и дверями, назовёт этажи и отметит схроны, и конечно особенным синим цветом нарисует бассейн. Ксюша пообещала сама себе, что будет приходить в бассейн каждый день! Но в раздевалке вдруг вспомнила, что кроме грязного халата оставила у воды свой рюкзак, а в рюкзаке: разноцветный кубик, бумага для рисования, яркие мячики, мармеладные мишки и связка сосисок, и целая тонна свистулек! Отшвырнув полотенце, Ксюша побежала обратно к бассейну, сцапала рюкзак и сразу проверила поклажу внутри, а когда подняла глаза, то увидела за окном человека.

Ксюша так и замерла с рукой в рюкзаке. Человек стоял на крыше старого дома на другом конце площади и смотрел на Башню. Ксюша подступила к окну, с четвёртого этажа ей хорошо было видно внимательного наблюдателя. Человек с ног до головы закутан в грязное тряпьё, на голове шарф и шапка, так что осталась одна узкая полоска для глаз. Человек стоял и смотрел, не шевелился, но именно он пробил трещину в зазеркалье.

Снаружи есть люди, как Ксюша! Не из сказок и не из картинок, а настоящие люди! Она подняла ладонь и помахала человеку.

Откуда ей знать, что снаружи плексиглас непроницаем, жизнь и свет внутри чёрной Башни никто из городских видеть не может. Человек не ответил и через пару секунд ушёл с крыши. На его место прилетели четырёхкрылые птицы, они хищно покружились над зданием и умчались обратно к короне запретного небоскрёба.

*************

– «Съем-ка я хоть этого львёночка!». «Не тронь, Иван-царевич моего львёночка!», – просит львица. – «Я тебе ещё пригожусь!». Так и пошёл Иван-царевич голодным. Видит царевич дом Бабы-Яги стоит, вокруг дома двенадцать шестов, на каждой по человеческой голове, кроме последнего. Вышла Баба-Яга навстречу к Ивану. «Здравствуй, бабушка!» – говорит ей Иван. «Здравствуй, Иван-царевич» – отвечает Яга. – «По своей воле ко мне пришёл, или по нужде какой?». «Пришёл заслужить себе коня волшебного!». «Хорошо, если пастухом три дня проработаешь и ни одну кобылицу мою не потеряешь, подарю тебе коня волшебного. А если нет, то не обессудь: будет твоя голова торчать на последнем шесте». Царевич согласился, Баба-Яга его накормила, напоила, и приказала за работу приниматься. Только выгнал царевич кобылиц в чистое поле, задрали кобылицы хвосты и на все четыре стороны разбежались. Заплакал Иван-царевич, сел на камень и уснул с горя. Прилетела к Ивану заморская птица и будит: «Вставай, царевич! Кобылицы дома!». Вернулся царевич к Яге, та кричит на своих кобылиц: «Чего вы домой вернулись?». «Как же нам не вернуться,» – отвечают те, – «если налетели птицы со всего света и чуть глаза нам не выклевали!». «Ну, завтра по лугам не скачите, а спрячьтесь в лесах!» – велела Баба-Яга. Но из леса кобылиц Ивану собрала львица. На третий день кобылицы спрятались в море, так что только одни головы над водой торчали. Помог Ивану пчелиный рой. На прощание пчелиная матка сказала: «Как вернёшься к Бабе-Яге, Иван-царевич, на глаза ей не показывайся, а пойди в конюшню и спрячься за яслями. Там в навозной куче паршивый жеребёнок валяется, забирай его, и в глухую ночь уходи». Послушался Иван-царевич, нашёл ночью жеребёнка, оседлал его и к огненной реке поскакал, переехал по Клиновому мосту на другой берег, а мост за ним истончился. Утром проснулась Баба-Яга, хотела Ивана-царевича съесть, но ни его, ни жеребёночка не нашла. Рассердилась Баба-Яга и помчалась в погоню. Во весь дух на железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом следы заметает. Хотела проскакать по Калиновому мосту, но тот под ней подломился. Упала Баба-Яга в Пекло и сгорела заживо. Иван-царевич откормил жеребёнка, вырос тот в сильного волшебного коня. Поехал царевич на этом коне за Марьей-Моревной, забрал жену из плена и поскакал прочь. Кощей с охоты домой возвращается, конь под ним спотыкается. «Чего ты, кляча худая, спотыкаешься, или чуешь какие невзгоды?». «Иван-царевич приезжал, Марью-Моревну увёз». «Можно ли их догнать?». «Кто знает! Теперь у Ивана-царевича конь волшебный». Рассердился Кощей и всё равно догнал Ивана-царевича, соскочил на землю, хотел изрубить, но волшебный конь ударил Кощея копытами и убил. Марья-Моревна села на Кощеевого коня, а Иван-царевич на своего, и поехали они по гостям – сначала к ворону, потом к соколу и орлу. Куда не приедут, везде красоту Марьи-Моревны нахваливают, добра и детей им желают. Как вернулись Иван-Царевич с Марьей-Моревной к себе домой, так стали жить долго и счастливо.

Конец сказки Кощей рассказал спустя год после побега Ксюши на первой части. Ей самой захотелось узнать, что случилось с Иваном-царевичем, что там за огненной рекой и какие ещё бывают чудовища. Но на уроке Ксюша слушала сказку вполуха, больше смотрела в окно и вялой рукой рисовала в тетрадке лошадиную голову.

– Что с тобой? Плохо себя чувствуешь?

Ксюша отвлеклась от старого города и мутно посмотрела на воспитателя.

– Да так… просто грустно.

– А кому ты вчера махала?

Ксюша даже не удивилась, что Кощей знает, только пожала плечами.

– Хочешь выйти? Видела дверь внизу? Пробовала открыть?

Ксюша замотала головкой. В глубине души она конечно хотела, но тот закутанный человек... Почему он ей не ответил? Зачем так пристально смотрел на их Башню? За что четырёхкрылые птицы хотели его заклевать?

– Тебе пока нельзя в город. В нём очень опасно, и люди в городе живут… плохие. Однажды очень-очень захочется, и тогда я тебя отпущу, но не раньше шестнадцати лет.