В кабриолете все вновь поглядели на Отче-советника. Может потому он и прикладывался к бутылке, что все дурные известия выпадало сообщать одному Бритоусу?

– Узнали.

– Кто?

– Навь.

Берислав ухмыльнулся, Великая жрица шёпотом обратилась к Светлым Богам, а лицо Ксении затвердело.

– Зачем подземникам моё серебро?

– У ведуньи бы спросить, да шпионов к дикарям не посадишь, – отвечал Бритоус. – Но догадки свои, конечно, имеются. Родовые норы подземников возле Монастыря вырыты. Может быть Волк-Настоятель с Навью договорился, чтобы караваны нам грабить? В открытую крестианцы на нас не ползут, но Волкодавы их исподтишка гадить умеют. Если с нашими предателями сошлись, чего бы и с настоящими Волками не договориться?

– Навь с крестианцами договорилась – смеёшься?

– Я много чего навидался. Иногда и лютые враги вместе ради общей выгоды терпят друг друга.

– Монастыр-рь! – сама как волчица рыкнула Берегиня. – Сколько они будут кровь нашу пить! Не только торговлю нам портят, ясаков не пускаю, так ещё в Поднебесье со своей лживой верой ползут!

Она перевела дух и поправила на груди уголки платка с литыми серебряными рыбками на концах.

– В Зимнюю Войну Ван с Волком Тавритов ведь вместе разбили?

– Всё так, Матушка, – подтвердил Берислав. – Настоятель – отчаянный вояка, и на остальных крестианцев непохож. Наши ратаи рассказывали: воюет безжалостно и умело.

– Тогда точно мог сговориться с сородичами, ведь Настоятель сам из подземников, – задумалась Берегиня. Но спокойным размышлениям помешали звуки праздника. Весь Китеж украшали яркие ленты и букетики летних цветов. Люди в обшитых металлическими кружками нарядах шли семьями с маленькими детьми. При виде белой машины, китежцы искренне удивлялись и радовались, но Перуновы Ратаи ограждали кабриолет от любого, кто хотел прикоснуться к бортам.

Ксения вновь расцвела, просияла, приподняла руку и как будто благословила всех китежсцев. Великая жрица с благоговением смотрела на свою Берегиню, даже в глазах Берислава вспыхнул огонь преданной верности. Только Бритоус хмурился, то ли с похмелья, то ли просто задумался о делах.

Берегиня кивала всем, кого как будто узнала в толпе.

– Бритоус, после праздника поговорим у меня в тереме. Крестианцы Исконной Вере мешают, и дело это с Навью тоже надо решать.

Отче-советник задумчиво кивнул. Тем временем машина въехала на центральную площадь, вокруг которой кольцом сомкнулись расписные терема в несколько этажей, каких не строили в других общинах. Китеж разбогател в Поднебесье, возвысился, и толпы людей радовались на празднике – вот чего годами добивалась для всебожцев Берегиня. Гирлянды цветов огораживали капище с каменными и деревянными идолами. Новые, пахнущие смолой, со следами резьбы кумиры возвышались над людом, будто воткнутые остриём к солнцу копья.

Кабриолет остановился, Перуновы Ратаи открыли дверцу для Ксении. Навстречу Владычице вышили трое волхвов, служивших при новом капище. Один из них был совсем седой и морщинистый, рядом с ним шёл ещё зрелый мужчина, а третий был молодым парнем в обшитой металлическими чешуйками рубахе.

– Берегинюшка-Матушка! – поприветствовал он заливистым голосом. – Славься в веках, да взойди на новое капище! Большой радостью нас одарила, позволила Богов почитать и требы вознесть! Счастлива буде, и пусть люди твои процветают!

Берегиня улыбнулась на приветствие Воисвета, поглядела на идолов и вслух пересчитала каждого из кумиров, кого должны были поставить на капище.

– Перун, – глаза драгоценные, воин могучий из крепкого дуба, усы позолоченные, в руках щит и топор, у подножия лучистое колесо – громовой символ.

– Стрибог, – старец с длинными волосами надменно взирает на мир, в руках лук и стрелы – повелитель ветров, властитель погоды, дождями и росами Стрибог дарует людям Родным хорошие урожаи.

– Даждьбог, – самый дорогой кумир в золоте с яхонтом. Прародитель народа, могучий, великий, с ореолом лучей вокруг головы.

– Макошь, – Ксения целый год прослужила в святилище зрелой Матери, хозяйки нитей судьбы. На Макошиной голове кичка с двумя рожками, в руках гребень и веретено. Макоша прядёт покутную нить, а две её верные помощницы Доля с Недеолей завязывают на ниточке той узелки – на удачу, и на беду человеку.

– Хорс, – строгий, великий, сияющий Бог солнца и света. Сила его разгорается в последние осенние дни, и Зимой греет. Без него жизни нет, без него мир замёрзнет.

– Семаргл, – огнебожич, победитель Чёрного Змия, у подножия идола ромбовидная руна с загнутыми концами, на плечах алый плащ. Сначала кумира хотели вытесать с головой пса, но Берегиня не разрешила такой вольности мастерам. Воплощение Семаргла не должно пугать тех, кто приедет в Китеж издалека.

– Велес, – Бог мудрости, хитрости, покровитель торговцев, достатка, и конечно же пастырь зверей. Многие города и деревни в Западных Землях добывали себе пропитание охотой. Один из самых важных Богов заслужил себе место на Китежском капище, хотя многие века назад места ему не дали, оттого пошли смуты, кончившиеся крещением. Ксения не совершила чужих ошибок.

Взгляд задержался на идоле, стоявшем на самом краю – белокаменный кумир Прибогини с серебряной чашей в руках, взгляд малахитовый, на каждом пальце по настоящему перстню. Пусть Прибогиня стояла будто бы в стороне от других Богов, но в роскоши соседним кумирам не уступала.