– Ты ненавидишь меня, да? – тихо спросил он.

– Прежде я не знала, кто ты, а теперь знаю. – Морские глаза полыхали нескрываемым гневом. – Руки прочь от меня!

Он так и не отпустил ее? Проклятье, Абрахас понял это лишь сейчас. Касаясь ребер Лорэлии, он чувствовал ее дыхание.

Скрепя сердце Абрахас убрал руку от ее груди. Даже злясь на Лорэлию, даже понимая, что она мечтает снести ему голову, он хотел ее касаться.

– Почему? – спросил Абрахас. – Я не отпущу тебя, пока не объяснишься. Вчера все было прекрасно.

– Вчера я не знала, что ты дракон. – Лорэлия сделала шаг назад, шлепнув ботинком по ручью, и оказалась по лодыжки в ледяной воде. – Я даже не предполагала, что дракон может оказаться оборотнем, и напрасно.

– А какая проблема в том, что я дракон? Я же не возненавидел тебя, когда узнал, что ты эльфийка. – У Абрахаса имелись и другие причины для беспокойств, но он не стал о них говорить.

Невысказанные слова повисли в воздухе. Многие существа презирали эльфов. Их недолюбливали еще до того, как предыдущий король поставил весь магический народ на колени. Эльфы были красивы, их магия – увлекательна для стороннего наблюдения. Оба этих качества делали их слишком популярными среди людей. И если какие-то магические существа могли ходить среди смертных, то это были эльфы.

Лорэлия резко убрала волосы с глаз и зло на него взглянула.

– Абрахас, меня не волнует, кто ты. Меня волнует, что ты дракон, который убил мою мать. Ты дракон, который сделал весь мой народ и жителей Тенеброса рабами короля, который никогда не будет с нами считаться. Это из-за тебя, Абрахас, мы сражаемся так упорно. Если бы не ты, король был бы уже мертв.

Это было правдой. Правдой было все это, но один факт сразил его с особенной силой.

– Я убил твою мать? – спросил он.

– Она была из первых мятежников, когда власть переходила к молодому королевичу. – Каждое слово летело в Абрахаса, точно ядовитое копье. – Она выступала вместе с эльфами и боролась с королем, пока их не поймали. Король решил устроить показательную расправу и всех повстанцев отдал тебе.

Абрахас уже забыл то время – оно прошло так давно. Мать Лорэлии могла быть одной из многих, убитых драконом в самом начале. Абрахас не помнил ее лица и жалел об этом. Когда погибшие исчислялись сотнями, их лица расплывались и мутнели в памяти.

– Она погибла от огня? – уточнил Абрахас. Он внезапно захотел узнать ответ на пугающий его вопрос. – Или от зубов?

– Разве это важно?

– Важно. – Это было важно только для души Абрахаса. Он не хотел признавать – но знать это ему было необходимо.

Лорэлия взглянула на него еще пристальнее, но расправила плечи и приготовилась снова встретиться с ужасами прошлого.

– Я стояла в толпе и смотрела, как мою мать привязывают к погребальному костру. Ты спустился с небес, словно демон из кошмаров смертного. Ты посмотрел моей матери в глаза и дохнул на нее пламенем. Но она не дрогнула. Мне даже нечего было забрать: ни костей, ни украшений, ни даже клочка одежды. Только пыль и прах.

От таких слов Абрахасу полегчало. Умиротворение прохладным ветерком хлынуло в душу, а тревога вытекла, точно слова Лорэлии были трещинами на его теле.

– Хорошо, – проговорил Абрахас, тяжело вздохнув. – Значит, она умерла благородной смертью.

Нет оскорбления сильнее, чем быть съеденным драконом. Это означало, что жертва годится только на еду. Абрахасу приходилось оказывать такие услуги королю, и каждая подобная гибель терзала его с особенной силой.

Раз он убил мать Лорэлии пламенем, значит, ее душа упокоилась с миром. Она заслужила такую смерть и наверняка понимала ее значение по старым порядкам. Абрахас на это надеялся.

Лицо Лорэлии стало белее мела.

– Хорошо? По-твоему, хорошо, что ты убил мою мать?

Абрахас покачал головой, стараясь подобрать подходящие слова.

– Нет! Нет, Лорэлия, послушай! У драконов особый способ отношений с предателями. Если бы я съел твою мать, это означало бы, что ее душа скитается. Очистившись огнем, она смыла все свои грехи. В загробную жизнь она вошла героем.

– Героем? Кого волнует, что она умерла героем? Она все равно умерла! – Лорэлия подняла руки, обратив к Абрахасу дрожащие ладони. – Абрахас, я не хочу больше об этом слышать! Не могу. Твои оправдания пусты и ничего не значат.

Лорэлия зашагала прочь от него – через лес, за пределы его видимости. Но Абрахас не мог ее отпустить. Она допустила ошибку. Так у нее не получится убить короля.

Абрахас бросился следом.

– Лорэлия, так нельзя!

– Абрахас, я сама решу, как мне поступать! – крикнула она через плечо. – Момент все равно упущен. Оставь меня в покое!

Угнаться за эльфийкой в лесу Абрахас не мог. Впрочем, он попробовал.

Абрахас бежал, пока не потерял из вида гибкую фигурку, из-под кожи которой мерцал лунный свет.