Пиксель стоял на капитанском мостике, прислонившись к металлической опоре между большими окнами, и смотрел на голубой шар, открывшийся перед ним. Маленькие облачка закручивались над безмятежной поверхностью моря, где едва можно было разглядеть разбросанные по нему острова. Вид этой планеты успокаивал Пикселя, ведь на ней капитан корсаров обрёл родину взамен потерянной много лет назад. Именно этот мир-океан приютил звёздного скитальца в красной куртке и стал его новым домом.

— Зекарис, — произнёс за спиной Пикселя Антимон. — Здорово, что мы снова тут.

— Уже успел соскучиться? — спросил капитан.

— Естественно, — ответил врач так, будто это было самоочевидно. — Море, пиво, девки — всё это здесь, а не где-то там, на задворках.

Пиксель смотрел не на Антимона, а на собственное отражение в корабельном стекле. Перечисленные врачом удовольствия почему-то перестали трогать его, как прежде. Как будто в жизни корсара щёлкнул какой-то рубильник, и она стала совсем иной. Но в чём эти отличия выражались? И когда случились эти изменения? Когда началась война с Освободителями? Или раньше, когда… когда погиб Карл…

Бриг «Аркан» подлетел к космической станции на орбите Зекариса. Этот аванпост был таким же, как развёрнутый на Скумринге. По периметру станции выступали доки для кораблей, защищённые башенными орудиями.

— Сообщите коды доступа, — потребовал имперский диспетчер.

Беггер постучал по клавишам своей консоли.

— Коды приняты, — сухо ответил диспетчер. — Добро пожаловать домой, господин Пиксель. Док номер два свободен, можете пришвартоваться.

— Спасибо, офицер, — Пиксель подошёл к консоли рулевого.

Тон капитана был доброжелательным.

Корабль приблизился к доку. Слева и справа появились две серые полосы из омнистали, на краю которых стояли орудийные башни. Бриг двигался между этими полосами медленно, но неуклонно, будто сам хотел попасть в клешню гигантского краба. Когда его красный вытянутый нос оказался близко к остову станции, из её недр вылезли механические зажимы и закрепили корабль. В космосе не раздалось ни единого звука, но корсары на борту брига почувствовали толчок.

— Пора, — сказал Пиксель.

Вместе с Боссом, Михаилом, Антимоном, Беггером и офицерами связи он спустился с капитанского мостика и прошёл в ангар, где находились лодки и тартаны. Корсары грузились на челноки, чтобы высадиться на поверхность. Судовой врач помогал раненым товарищам, собравшимся в город, сесть на металлические скамейки и пристегнуться.

— Кейд, останься за старшего, — обратился Пиксель к бородатому мужчине в красной вязаной шапке. — Присмотри за Джеффом, Свинтусом и Хаямурой. И за «Арканом», конечно.

— Есть, капитан, — протянул корсар.

Пиксель занял место на лодке — прямо за спиной пилота, которым был Михаил Искандер. Рядом с капитаном устроился Босс, который занял собой, казалось, половину челнока, а за ними — Антимон и Беггер. Багаж лежал ближе к корме. Все пристегнули ремни безопасности. Михаил, как и другие пилоты транспортников, запустил двигатели и задраил выходы.

— Все на местах? — раздался по рации голос Кейда.

— Да, — отозвался Михаил. — Открыть ангар!

Кейд покинул палубу и поднял рубильник в коридоре. За несколько минут вакуумные насосы выкачали воздух из ангара, чтобы затем использовать снова — кислород очень ценился в космосе. Потом огромные створки неторопливо распахнулись, и над челноками разверзлась чёрная бездна. Посадочные опоры исчезли в серой обшивке транспортников. Две лодки и тартана, вместившие почти всю команду брига, устремились к безмятежно синеющей глади Зекариса.

Сидя в кресле, Пиксель устало смотрел сквозь лобовое стекло. В черноте космоса постепенно разгорелось пламя, окутавшее термопрочную обшивку на носу. Но вскоре оно уступило бескрайней синеве океана. Лодка снижалась над лазурными водами Зекариса, проходя сквозь белую дымку облаков. Под ней спокойно и лениво пенились барашки невысоких волн.

Мотор непрерывно гудел. Она неслась над волнами, сверкая пламенем из двигателей и направляясь к одинокому небольшому острову. Уже издали корсары видели ярко-зелёные джунгли, бело-коричневые домики и острый горный пик, давший название этой земле — Высокая гора. Зекарис значительно изменился с тех пор, как был арестован его прежний губернатор. И одна из перемен бросалась в глаза сразу — на вершине горы воздвигли обсерваторию для туристов.

Лодка держала курс на большое прямоугольное здание, построенное на уходящих в воду сваях. На его крыше красовались метровые алые буквы: «КОСМОПОРТ». Они ярко выделялись на фоне голубого зекарисского неба, словно крича новоприбывшим, куда нужно лететь в первую очередь. Слева от космопорта высились массивные башни военного форта, ощетинившиеся пушками противокосмической обороны, а за ними простирался городок с коричневыми черепичными крышами. Справа же над обросшей зеленью скалой поднимался шпиль церквушки Бога-Императора.