Отец и Люба пришли чуть позже. Молча сели рядом и ждали.

Костя с Ирой, Ваня с Инной, Коля с Тамарой присоединились спустя время.

Они молчали, глядя в разные стороны, но Саша чувствовал, что ему стало немного легче. В окружении этих людей ему вдруг стало спокойнее. Боль утихала, оставляя лишь пустоту, черную бездну, которая поглощала его. Нет эмоций, нет времени, нет движения. Он застыл, превратился в статую, недвижимую, глухую и слепую статую. Экспонат.

Спустя час мертвой тишины и томительного ожидания, дверь в палату открылась. Старик выглянул и позвал Сашу и его отца.

Рита лежала без движения, маленькая и бледная.

– Я сделал все, что смог, – произнес Валентин Семенович. – Мне удалось достучаться до ее души и поговорить. Она не хочет возвращаться, но и уходить не хочет. Саша, мне жаль. Она никогда не станет собой… Когда она очнется, ее разум будет поврежден и, скорее всего, она не узнает никого. Душа… это не все. Ее психика защищает мозг. Я не знаю, да и сама она не знает, чего вам ждать, но ничего хорошего.

Он молчал, чувствуя, как рассыпается на миллиарды атомов. От него не останется ничего к концу этого разговора. Лишь воспоминание.

– Что Вы предлагаете? – спросил отец.

– Отдать ее в больницу для душевнобольных.

– Никогда! – воскликнул Саша. – Нет!

– Ты не сможешь обеспечить ей достойный уход, – возразил старик. – Будешь мучить себя и ее.

Ноги подкосились, он схватился за край стола, пытаясь удержаться.

– Валентин Семенович, – позвал отец. – Можем мы обсудить момент с конфиденциальностью?

– Все что угодно, Сережа, – кивнул старик. – Мой совет, значит, такой: чтобы ни одна живая душа не знала о ее… помешательстве. Скажете, что она пришла в себя, потому что демон не успел повредить ее мозг, и покинула Хранилище навсегда. Я так же скажу нашим. Сережа, пройдем в кабинет отца, мне надо поговорить с тобой.

Отец пожал плечо Саше и проводил Валентина Семеновича из палаты. Как только они вышли, в дверь заглянули друзья. Саше не нужно было их общество, ему никто больше не был нужен. Лишь остаться одному… Не потерять рассудок самому…

Рита очнулась спустя два дня.

Саша сидел на скамье у подъезда в компании Кости и Любы. Его насильно вытащили сюда и дали кружку с чаем. Костя вообще старался не уходить надолго, крутился рядом или сидел прямо в палате. Люба успевала работать с учениками, заместителем и наведываться к Саше, заставляла его хоть иногда кушать и выходить на улицу.

К ним выбежала взволнованная Инна:

– Очнулась! – только и сказала Хранительница.

Саша, Люба и Костя вскочили на ноги и кинулись в больничный отсек.

Забежав в палату, Саша почувствовал, как рана на груди перестала болеть. Рита сидела на больничной койке, ее щеки порозовели, пальцы перебирали складки на пододеяльнике, волосы торчали во все стороны. Она выглядела так, словно просто долго спала.

Подняв глаза на вошедших, она вздрогнула и подтянула ноги к себе. Дикий взгляд прыгал по лицам, испуганное выражение застыло маской на лице.

Она не вернулась…

– Вы кто такие? – спросила она хриплым голосом.

– Рита, – позвал Саша, делая шаг вперед. – Ты…

– Уходи! – взвизгнула девушка.

Она вскочила на ноги, спрыгнула с койки и забилась в дальний угол палаты.

– Рита, это же я… – прошептал он.

Ком встал поперек горла.

– Уходи! – крикнула девушка, схватила вазу с тумбы и кинула в них. – Уходи! Где моя мама?! Где мама?!

Слезы встали в его глазах. Внутри похолодело. Он судорожно вдохнул.

– Рита, все хорошо, – Саша сделал еще шаг.

– Нет! НЕТ!

Она закричала, стукнулась головой о стену, попыталась вжаться в угол и принялась рвать волосы, продолжая выкрикивать «нет». Сашу парализовало. Люба выскочила из палаты и вернулась с Дашей. Врач держала шприц.

– Помогите- ка, – произнесла она.

Рита билась головой о стену, кричала и выла как сумасшедшая. Костя подскочил к ней, схватил за руки и обездвижил слабую от долгого лежания девушку. Даша сделала ей укол прямо сквозь ткань больничной сорочки.

– Держи, – произнесла Даша.

– Пусти! – закричала Рита. – Где мама?! Я хочу к маме! Пусти!

Она начала плакать, ее лицо исказила некрасивая гримаса. Саша не выдержал, оттолкнул Костю, схватил девушку и обнял так, чтобы она не смогла вывернуться.

– Я хочу к маме! – причитала она. – К маме!

– Тише, – зашипел он ей на ухо и принялся укачивать, как маленького ребенка. – Тише, тише. Скоро мама придет, все будет хорошо.

– Вышли, вышли! – шикнула Даша на Любу с Костей. – Кыш!