Он скорбно умолкает. Вздыхаем. Сидим еще какое-то время в тишине, бок о бок, оба глубоко задумавшиеся.

За окном занимается новый день, а усталость такая, как будто и не было того кусочка ночи, когда я успела немного подремать. Хотя, Алекс умеет снимать сон как рукой.

В голову мою закрадывается нехорошая мыслишка о том, что мне-то вроде бы надо радоваться! Только радости почему-то нет. Есть растерянность и удивление, даже шок. Неужели она настолько сильно любила его, что пожертвовала собой в той критической ситуации? А может быть, она просто не ожидала, что тоже погибнет?

К примеру, хотела вытолкнуть Талера из вертолёта, оставшись там с Алексом, но так уж трагично сложились обстоятельства, что.. в любом случае, правды мы уже не узнаем!

Замечаю несколько ссадин на его теле и тут же тянусь к ним, нежно поглаживая, желая снять боль. Он поворачивается ко мне, и наши взгляды встречаются.

– Позволь выразить тебе соболезнования, - начинаю немного робко, но искренне. Алекс не даёт мне продолжить, касаясь моих губ пальцами. Затем крепко обнимает и просит:

– Не надо! Оставим прошлое прошлому. Так не должно было быть, да, но я не хочу больше говорить об этом.. просто не отталкивай меня.. пожалуйста.

– Я не отталкиваю, - отвечаю, что он тут же понимает по-своему.

Приникает к моим губам жадным поцелуем, распаляя вновь, ещё более мучительно и мощно! Я отвечаю. Нас обоих трясёт и выкручивает от дикого желания стать как можно ближе друг к другу. Но, уже в следующее мгновение я заставляю себя оторваться от него, понимая, что так будет лучше и правильнее для нас обоих.

Это оказывается тяжело и сложно. Я даже пугаюсь остроты своих ощущений, чувствуя себя в этот момент не человеком, а магнитом. Только не сейчас, не тогда, когда он сообщил мне о смерти своей жены! Кем бы она ни была для него в действительности, и как бы ни относилась ко мне. Точка.

– Послушай, Алекс.. хотела сказать. Я собираюсь сегодня в аэропорт, домой! Это срочно, - выпаливаю, восстановив дыхание и глядя в его потемневшие, с поволокой глаза, - надо уладить кое-какие вопросы с работой. Мой отпуск, к сожалению, закончился. И потом, скоро у Кати операция...

– Когда?

– Точно не знаю, - немного мнусь, размышляя. Я ведь на самом деле не в курсе точной даты, но знаю, что она планируется на ближайшие дни, - через недельку где-то. Выясню на месте! Ты сможешь закончить тут сам, без меня?

Он замолкает ненадолго, изучая мое лицо, а у меня все так и скручивает где-то в желудке от волнения и от затянувшегося странного молчания.

Вообще-то, изначально моей целью было «переключить» немного Алекса, когда ситуация стала выходить из-под контроля. Но что-то пошло не так.

– Знаешь, я не хочу выглядеть шовинистом, ломающим твою карьеру и все такое, - тепло усмехается он, как ни в чем не бывало нежно обнимая меня, - но.. как тебе идея переехать в Лондон?

– Это.. гм, - затрудняюсь описать шквал своих эмоций.

Но это точно вау! Взрыв мозга, разрыв шаблонов – в хорошем смысле.

– А конкретнее?!
– уточняет он. Смеёмся.

Нет, я конечно ожидала чего-то подобного. Алекс очень-очень дорог мне, хотя… мучительно размышляю дальше - столько всего произошло и, наверное, глупо размышлять о таких серьёзных вещах на рассвете, в растрепанных чувствах и с мозгами набекрень, как у меня сейчас.

– Если бы ты не предложил мне этого, - честно признаюсь ему, - мне было бы очень больно. Ты уже стал важной частью моей жизни! Но…

– Но?

– Но, понимаешь, нужно все очень хорошо обдумать! Про переезд, про нас.. Так правильнее. Давай лучше я обработаю тебе ссадины, есть чем?

Алекс кивает, но смотрит пристально, желая, очевидно, разгадать мои мысли. Такой решительно-серьёзный вид у него я видела всего однажды, когда он делал мне предложение руки и сердца, много лет назад.

Приносит какую-то коробочку с медикаментами и смотрит с придыханием, как я, подрагивающими от его пристального внимания руками, не особо умело обрабатываю его раны. Перед глазами стоит картинка из прошлого - как я лечила его после памятной драки в казино.

Когда он дрался за меня. А я, девчонка, смотрела на него с обожанием и восторгом.. и терялась иногда - совсем как сейчас!

– Да. Надо подумать, - глуповато повторяю, закончив, - и тебе..

– А я давно подумал, - спокойно откликается, - мне все стало понятно ещё тогда, в Нью-йорке! Я жалею только о потерянном времени.