Она открывается с совершенно новой, неизведанной мне стороны — страстная, желающая и до безобразия сексуальная.

— Так-то! — ликующе хмыкает Василиса, когда я поднимаюсь из воды и помогаю ей выбраться из ванны.

Схватив полотенце, я обтираю девушку, а она, не теряя времени, обтирает меня. Не передует ли она, когда я уложу её в постель? И что тогда мне делать? Идти и передёргивать в душ? В прошлые выходные, я, наверное, готов был сдохнуть от собственной похоти. Лежать вновь всю ночь со стояком — я не выдержу!

— Кажется, я разбудил в Принцессе настоящего Дракона, — довольно отпускаю замечание, когда ощущаю её пристальный взгляд, обращенный на мой пах.

Подхватываю своего белокурого дракончика и несу в спальню, укладывая её на свежую постель. Удобно размещаю девушку среди подушек, которая позволяет мне умоститься межу её разведенных ножек и покрываю поцелуями всё ещё разгоряченную кожу после ванны.

Ладони мои мягкие, когда я обвожу её притягательную грудь. Поцелуи жаркие, но сдержанные, когда я не могу оторваться от её губ и шеи… Этот момент хочется продлить как можно дольше.

— Ты какой-то… Нерешительный, — тихонько смеется Лиса, когда я не спешно одаряю поцелуями.

— Для меня это тоже первый раз… С тобой, — мягко улыбаюсь, несмотря на то, что она не видит меня. — Мне важно, чтобы ты понимала — когда ты станешь моей, я тебя не отпущу, Василиса.

Её смех снова ласкает мой слух.

— А похоже на то, что я хочу от тебя сбежать? — в её голосе слышу долю возмущения и насмешки. — Я хочу быть с тобой и стать твоей полностью — это одно из моих первых желаний. Только… Не спеши. Я готова, но всё-таки…

— Не переживай, Лиса. Прежде, чем я сделаю тебя своей — ты получишь свой сладкий десерт, — теперь мне очень жаль, что после моего нахального обещания, я не вижу розовые щечки и озорной взгляд девушки.

Я впервые отношусь к девушке, как к драгоценности. Забочусь о её наслаждении больше, чем о собственном. Я переплетаю наши ладони, заверяя в моей молчаливой поддержке. Я целую так, чтобы ей нравилось, чтобы она задыхалась от страсти и возбуждения…

Наверное, я теряю голову, но я сделаю всё возможное, чтобы эта девушка была моей. Целиком и полностью.

Совесть бьёт в грудину. Особенно это ощутимо, когда под бедра разгоряченной девушки я расстилаю белоснежное полотенце, прежде чем войти в неё.

Чертов Ковалёв со своим спором не даёт мне покоя…

Две недели спустя…

Василиса:

Я забегаю на СТО, громко захлопнув дверь. Стряхиваю с плеч и волос снег, который пошёл около часа назад и буквально замёл меня, пока я шла из университета на СТО. Этот Новый год будет снежным и жутко холодным, чего уже не было несколько лет. Но несмотря на холод, в этот раз мне тепло — рядом со мной человек, который меня не только согреет, но и постоянно сжигает до тлена в страсти.

— Сдала! — кричу я, как только вижу Кирилла, который вытирает руки, и отходит от своего байка.

— Никто не сомневался, кроме тебя, — хмыкает парень и подходит ко мне, поцеловав горячими губами в холодный нос.

Я широко улыбаюсь, и не удержавшись, обнимаю его за плечи и крепко целую в губы.

— Лиса… Я же грязный и вонючий… — возмущается Кир, но не может меня оттолкнуть — руки грязные. — Ну всё, всё, — он отвечает на поцелуй, который превращается в страстное желание.

Схватившись за широкие плечи, я подпрыгиваю и оказываюсь на парне, а он по инерции подхватывает меня под ягодицы.

— Поздравляй меня! — громко смеюсь, когда он кусает меня за подбородок.

— Поздравляю, Василиса, — покорно поздравляет меня парень. — А теперь слезь с меня, — несмотря на слова, Кирилл крепче прижимает меня к себе и ему самому уже всё равно, что он в грязной спецовке.

— Ты мне уже подготовил полки под одежду? Я прямо сегодня соберу свои вещи! — восторженно восклицаю я, стирая большим пальцем вонючую мазуту с щеки Кирилла.

— Какой страстный порыв слинять от предков… — он лукаво ухмыляется.

— А ты, значит, уже не ощущаешь порыва раздеть меня и увидеть новый комплект белья? — притворно удивляюсь. — Надо же. Зря только заморачивалась! — хочу слезть с парня, но он всё ещё не позволяет, впившись в мои бедра.

Глаза Бессонова темнеют, рассказывая мне о его пробудившемся вожделении. Мы оба слишком чувствительны и любые слова, действия и даже спор загоняют нас в постель.

Поверить не могу, как я раньше жила без него и без оргазма!

— Покажешь. Сегодня же, — утверждает Кир с такой страстью, что не сомневаюсь — сегодня нас ждёт очередная жаркая ночь. С ним иначе быть не может. — А может, и сейчас же!