Трудно сдержать свое веселье, но мне удается это сделать, когда я провожу рукой по его руке. — Что случилось, Ашер?

Быстрым движением он хватает мое запястье и крепко удерживает его подальше от своего тела. — Остановись. Сейчас не время и не место играть в твои маленькие игры.

— И когда наступит время? Пока мы строим кокетливые глазки через бар, или, когда ты оставляешь меня наедине в гостиничном номере? — Я соблазнительно высовываю язык, пока он смотрит, ничего не говоря. — Ты помнишь ту ночь, не так ли? То, как ты заставлял меня кричать часами?

Как только я думаю, что у меня что-то получается, он отпускает меня и отходит. — Этого не произойдет, Каллахан. Теперь иди, тебе нужно попасть на урок — часть того, чтобы быть студентом.

Закатив глаза, я поворачиваюсь на каблуках и выхожу из комнаты. Ашер может думать, что он единственный, кто все контролирует, но он просто допустил ошибку. Теперь я знаю одну из его слабостей и собираюсь использовать ее, чтобы играть на нем, как на скрипке.

***

Я подъезжаю к танцевальной студии, не обращая внимания на всех людей, которые глазеют на мою машину, когда я выхожу. Музыка изнутри доносится с тротуара, и я вижу в окно танцующую Леннон. Она так талантлива в том, что умеет делать со своим телом. Это невероятно.

А еще есть Брейди. Двадцатитрехлетний и выглядящий как гребаный Бог, Брейди Лоуренс — это все, из чего состоят сексуальные фантазии, и прямой, как окружность. Может быть, если бы он был ярким, и из его задницы торчали бы радуги и блестки, было бы легче не испытывать к нему влечения.

К сожалению, для девушек во всем мире это не так. У него 180 фунтов мускулов и он настоящий мужественный мужчина, за исключением, может быть, того факта, что танцует он лучше большинства. Хотя, в его защиту, это то, что происходит, когда ты растешь, а твоя мама владеет студией.

— О, привет, — приветствует меня Леннон, как только видит, что я стою в дверях. — Уже пять?

— Половина шестого.

Ее глаза расширяются. — Черт. Ладно, дай мне переодеться, и мы пойдем.

Она исчезает в другой комнате, оставляя нас с Брейди наедине. Он отходит в сторону и поднимает с пола бутылку с водой. То, как он вытирает пот со лба, не должно быть и близко таким сексуальным, как есть на самом деле.

— Привет, Тесс.

Я выбрасываю эти мысли из головы. — Как дела, Брейди? — спросила я.

— О, ты знаешь. Как обычно. — Он подходит и снимает свой айфон с подставки. — Ты что-нибудь слышала о Саванне в последнее время?

Ах, Саванна. Она тоже, когда-то танцевала в этой студии — пока не закончила школу и не поступила в Джульярд. Они с Брейди были лучшими друзьями в течение многих лет, с тех самых пор, как отец Сев превратился в беспутного папашу, и миссис Лоуренс была единственной, кто дал ей то, к чему она стремилась. Черт возьми, они даже притворялись, что встречались четыре года. Стремление скрывать свою правду было немного чрезмерным, если хотите знать мое мнение, но их преданность друг другу — это то, что я могу оценить.

Я качаю головой. — Она больше подруга Делейни, чем моя.

Он усмехается. — Это неправда. Я помню, как вы трое были лучшими друзьями, когда были детьми.

— Да, ну, это было до того, как она исчезла на годы, а потом вернулась в новом году, с новым отношением ко мне.

— Ты все еще злишься на нее за это?

Я пожимаю плечами, прерывая наш зрительный контакт, чтобы посмотреть в землю. — Ты не видел, что это сделало с Делейни.

Эта тема — одна из немногих, от которых я уклоняюсь. Моя сестра — самый важный человек в моей жизни, и, видя, как она была уничтожена отказом Саванны признать ее после трехлетнего отсутствия, давайте просто скажем, что Делейни, возможно, и простила ее, но потребуется гораздо больше, чем извинения и некоторое пресмыкательство, прежде чем это сделаю я.

— Touche. — Брейди улыбается и меняет тему.

Несколько минут спустя Леннон появляется снова, одетая в джинсы и толстовку с капюшоном Хейвен Грейс. Она быстро обнимает Брейди на прощание, а затем берет меня под руку и направляется к двери. Я достаю ключи из кармана, отпирая дверь. Как только мы выходим, Леннон вздыхает.

— Боже, я скучала по тебе.

Мои брови хмурятся. — Ты видела меня несколько часов назад.

Она поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и ухмыляется. — Я разговаривала с машиной.

— Ты стерва, — хихикаю я.

— Я знаю, — говорит она с гордостью. — Это главная причина, по которой ты любишь меня.

***

Трибуны заполнены студентами, которым не терпится посетить первый футбольный матч в этом году. Большинство из них одеты в цвета школы. Даже у Леннон полоски краской на лице, хотя, конечно, она справляется с этим лучше, чем кто-либо другой здесь. Именно светлые вьющиеся волосы и миниатюрная фигура делают ее великолепной, но именно ее личность заставляет людей по-настоящему бояться ее. Она настоящая и довольно вспыльчивая, вот почему мы так хорошо ладим.