Шрифт:
Самая настоящая северянка.
Роскошные, белые, как снег, волосы, заплетенные на голове в толстые косы, а на плечи падают свободным потоком. Яркие голубые глаза, почему-то грязная щека. Но, даже не смотря на это, девушка надменно-красивая.
— Нет уж, спасибо. Помогла уже, — та, другая, со стоном подхватывает кипу книг и встает напротив северянки, — дай пройти.
Две девушки разные настолько, что, кажется, мир поделился пополам.
Лёд и Пламя.
Зима и Лето.
Луна и Солнце.
Марта настолько потрясена до глубины своей чувствительной и впечатлительной души, что забывает, как дышать.
— Мне сказали, что ты отброс общества и тебе не место здесь.
«Лето» щурит свои зелёные глаза.
— Что-то поменялось? Я все тот же отброс общества, поверь, но моё место здесь по праву.
— Ты знаешь законы Севера. И ты сильная.
«Лето» вздыхает, ставит книги обратно и рукавом вытирает щеку «Зимы».
— Все, свободна. Отвали теперь.
Чувствуя, как боль от тяжести поднятых книг отдаёт в самый копчик, Сания ковыляет на выход.
— Мой брат — целитель. Он может помочь тебе, — кричит в спину белобрысая.
— Иди ты…
Глава 5
Сани кое-как поднимается по долбанной длинной лестнице на третий этаж, думая, что развалится прямо по пути. Если сегодня же ничего не сделать, завтра она не сможет ходить. А завтра очень надо ходить, возможно даже бегать, прыгать и вообще, быть в форме.
Отброс общества, черт бы их побрал…
Даже не пытаясь рассмотреть обновки и книги Сания со стоном падает на кровать, задерживая дыхание от острой боли. Постепенно мышцы расслабляются и становится легче. Нужно встать, сделать холодный компресс что ли, или горячий, кто его знает. До этого момента рядом всегда был Сэм друг и лекарь, такой же беспризорник, как она. Поэтому сейчас она просто не имела понятия, что нужно делать. Оттягивать момент подъёма ещё некоторое время не получается, потому что в дверь стучатся.
Чертыхаясь и кляня все, на чем свет стоит, девушка доползает до двери, чтобы открыть её какому-то бодрому юнцу.
— Чего тебе? — хрипит ему.
— Сания Вилагзерт! Меня зовут Крис Стюн и я староста нашей группы! Меня прислал к тебе ректор, чтобы передать, что вызывает к себе к 18.30, - рапортует он и смотрит на передатчик, — сейчас 18.20, тебе нужно поспешить!
— Свободен, — хлопает дверью.
Ректор это хорошо, у неё как раз к нему есть вопросы. Вот только расстояние до него кажется непреодолимым, а это очень, очень плохо.
Сани до этого никогда не встречалась с северянами, но уже ненавидит их всей душой.
То, что несколько часов назад она прошла за пять минут, сейчас растягивается на двадцать. Она упрямо идёт под хихиканье и шепотки оказавшихся на улице студентов, прихрамывая, еле сдерживая стоны и руки, чтобы не положить их на поясницу. А дойдя до ректоровского этажа готова разреветься от боли и обиды.
Секретаря на месте нет и девушка без стука вваливается в дверь.
— Сания! — строго начинает Рэм, собираясь отчитать за опоздание, но увидев её бледное напряженное лицо, бросается к ней, — что случилось?
— Мне нужно домой, — сипит девушка, — а лучше позвать его сюда.
— Кого его? — Рэм беглым взглядом оценивает состояние, выявляет причину и кладет ладонь на больное место.
Фактически на попу, хоть и собирался лечить отбитый крестец.
— Нет! — коротко вскрикивает девушка, хватает его за руку, чтобы отодрать от себя, а другой упирается в грудь.
Большими, полными ужаса и смятения глазами смотрит на него и не дышит.
— Сани?
Ладонь греет, принося долгожданное облегчение.
Девушка выдыхает, закрывает глаза и повисает в объятьях мужчины, поскольку ноги предательски дрожат от перенесенного напряжения.
— Простите, — пискнул тоненький голос и дверь хлопнула, закрываясь, но эти двое, кажется, даже не обратили на это внимание.
— Сания-а, — тихонько зовет Рэм девушку.
Исцелять уже давно закончил, но она все ещё продолжала держаться за него. Нет, он не против, поэтому перехватывает её за талию, чтобы сесть на диван, но девушка напрягается, останавливая его.
— Просто постой так, — глухо просит она.
Впервые в жизни Сания разрешает себе почувствовать себя в безопасности.
В надёжном месте.
Где нет проблем.
На несколько минуточек.
Но эти минуточки она будет бережно хранить в своём сердце, чтобы доставать в самые тёмные времена своей жизни.
— Спасибо, — она глубоко вздыхает, выпрямляется и делает шаг назад.
Глаза Рэма светятся нежностью и теплотой. Он шагает к ней на встречу и быстро наклоняется для поцелуя, но натыкается не на желанные губы, а на ладошку.