Так же, не останавливаясь, прошла до академического корпуса, где располагалась библиотека, кабинеты преподавателей и ректора.

Альбы на своём месте не оказалось. Стол был чист и пуст, словно её не было на работе. Сания постучалась и, не дождавшись ответа, вошла внутрь.

Рэм напряжённо вглядывался в картинку, разворачивавшуюся перед ним. Девушка присмотрелась и застыла на месте — её бой записали.

— Это ты? — мужчина развернул полупрозрачный экран на том моменте, где Каран уже лежал на земле.

— Сания, это ты? — Рэм повысил голос и девушка подняла взгляд на него.

Не было в нем прежней теплоты и нежности. Шок, жёсткость и напряжение.

А девушка на видео заносила руку для удара раз за разом и уже сейчас, со стороны, казалось, что, возможно, можно было бы остановиться и раньше. А ведь там хотелось большего.

— Ты когда-нибудь убивала?

Ответ для него был понятен по её ставшему тяжелым взгляду и сильно сжатым губам. Ругнувшись, он больно хлопнул ладонью по столу и отвернулся.

— Я не ягодка с поля и не цветочек с клумбы, Рэм. Если ты в своей голове нарисовал другое — извини, что разочаровала.

— Почему ты мне не сказала? Почему не позвала охрану? — мужчина практически кричал, вставая из-за стола.

— Да ты издеваешься, что ли?! — не выдержала Сания, — позвать охрану?! Да они скорее постоят и подождут, пока мы перебьем друг друга, чем будут вмешиваться! Да и кто, по-твоему, записал это?

Это заявление окончательно оглушает Рэма.

Беспризорники для него, да и для большинства, это дети, которые воруют, просят милостыню или за гроши выполняет грязную работу. Их недолюбливали, да. Но он никогда не мог подумать, что там, где не видят простые горожане, творится такое.

— Я думал, ты изменилась, — выдыхает полушепотом.

Смотрит на неё во все глаза. Внешне — та же. Те же пышные волосы, губы, фигура. Те же зелёные глаза. И внутри неё он представлял солнце, только закрытое тучами. Радовался их разговорам, её глубоким вопросам, веря, что вот именно так, очень аккуратно, он раздвинет эти тучи. А оказалось там все время жил зверь.

— Прости.

Сания сцепляет зубы и уносится прочь.

Обидно.

Было очень обидно.

Эта зараза зубастым монстром поселилась в груди и рвала все там на мелкие кусочки.

— Сания! — ее на бегу перехватывают за локоть и она с размаху врезается в Акселя. От столкновения было больно совсем чуть-чуть, но сейчас и этого оказалось достаточно, чтобы из глаз брызнули слезы, — что он тебе сказал?

В голосе свозит волнение и парень осторожно убирает волосы с лица. Его нежность добивает окончательно.

Сания резко выставляет защитный купол и Аксель отступает на пару шагов назад. Тут же протягивает руку обратно, чтобы поймать девушку, но та уже мчится к забору.

— Сани! Сания!!! — кричит ей вслед на бегу, и останавливается, когда перед ним вырастает сплошной забор. Где она тут прошла? Черт. — давай уже поговорим, — выдыхает еле слышно, облокотившись руками о колени.

Он не устал. Вернее, устал, но не от бега. Кажется, ещё чуть-чуть и даже его терпению придёт конец.

На самом деле Рэм ошибался.

Не было никакого зверя внутри Сании и возвращаться к тому, что считала нормой всю жизнь, было невыносимо. Она помнила все их разговоры и все его ответы. И его последний взгляд.

Монстр.

Он считал её монстром.

И обида душила, тяжёлым камнем лежала на груди, не давая спать, есть и дышать.

Грокк остался с ними. Вал ему нравилась, он глаз с неё не сводил, но девушка была неприступна.

— Да почему нет-то? — недоумевал мужчина.

— Справлялись же без тебя до этого, справимся и дальше!

— Да я уж вижу, как вы справлялись, — Грокк окинул их полуразрушенный после нападения двор беглым взглядом.

— Что ты хочешь сказать? — прошипела Вал, подходя близко-близко.

Девушка была значительно ниже его ростом и Грокк снисходительно наклонился вперёд, чтобы она смогла посмотреть ему в глаза. Смешная, милая, разъяренная тигрица.

— Только то, что можно сделать ещё лучше, упрямая ты женщина.

— Даже не думай, ясно!

От предполагаемой кары Грокка спас плач младенца со второго этажа.

— А вы перестаньте губы растягивать! — вихрем налетела на пытавшихся сдержать улыбки Сэма и Санию, — марш за дело!

И помчалась по лестнице вверх.