Она не стала огибать беленную стену, которая отделяла её от дома, а просто влетела на неё с разбега, перепрыгнула через край и оказалась в личном аду.

Те, кто напал, были безжалостны даже по меркам тёмных улиц. Окровавленные дети в ужасе жались к стене, боясь заплакать, и цеплялись друг за друга, наблюдая за тем, как закрывающие собой Сэм и Вал пытаются изо всех сил их защитить. Эти двое уже выбились из сил, у Сэма руки были в крови и разбито лицо. Вал вообще держала в руках младенца и из носа на жёлтые пелёнки капала красная кровь.

— А НУ ПРОЧЬ ИЗ МОЕГО ДОМА!!! — взревела Сания.

Из кончиков пальцев вырвалась серебристая сеть, охватывая всю толпу и оттаскивая в сторону. Хотелось швырнуть их об стену, но сил не хватало. Внимание привлечь получилось, все разом обернулись и побежали в её сторону, но стали притормаживать, когда рядом с ней приземлились ещё четыре человека.

Белобрысых человека.

— Не стоит, — спокойно предупредил Аксель и в руке сам по себе, сплетенный из чистой энергии, вырос меч. Он для вида покрутил им в воздухе, со свистом рассекая воздух — мол, смотрите, он настоящий.

— Уходим, — волной прошелся шепот по толпе и те бросились врассыпную: на стену, через главный и чёрный ход.

— Черт, — выругалась Сания и побежала вдогонку за двумя.

В этот раз Аксель не успел за ней и потерял уже после второго поворота.

Она вернулась где-то через пол часа, мрачная, как туча, с разбитыми костяшками на руках. Волосы расплелись, но сейчас даже они как будто не весело звякали, а предупреждали своим звоном об опасности.

Сания присела рядом с Сэмом, который лечил очередного мальчишку лет пяти. Тот сразу перебрался на колени к девушке и крепко обнял за шею, вжимаясь своим дрожащим телом, и разрыдался.

— Ну, мой хороший, — поглаживала его по голове Сания, раскачиваясь из стороны в сторону, — все прошло.

Сэм устало присел рядом, разминая кисти рук. Когда он долго и много лечил, они начинали у него ныть. Лицо уже выглядит, как обычно — скорее всего постарался Аксель, больше некому.

— Кто? — спросил он, взлохматив давно не стриженные волосы.

— Каран.

Парень выругался.

— Но ведь была договорённость.

— Была договорённость с его отцом.

— Но ведь они вместе.

— Уже нет. Вернее отца больше нет.

Сэм помрачнел и ещё больше сгорбился.

— Когда теперь?

— Через два часа на пустыре. Ты как?

— Нормально. Твои хорошо помогают, — махнул в сторону Акселя.

Северяне действительно помогали. Аксель лечил детей, Грокк с Калем растаскивали по местам разбросанные столы и стулья, очищая площадь первого этажа. Дората на руках относила исцеленных детей наверх по лестнице к Вал. Тут даже Сания проглотила вертевшееся на языке «Они не мои».

Аксель заметил взгляд в его сторону и подошёл к ним. Вопросительно посмотрел на Санию и на ребёнка в её руках. Та согласно кивнула. Его руки засветились мягким белым светом и малыш постепенно перестал хныкать и размякал, становясь тяжелее.

— Я ввожу их в глубокий сон, могут проспать около суток. Так им легче будет пережить все это.

Сания ещё раз кивнула и тяжело поднялась.

— Спасибо вам, — поблагодарила, серьёзно глядя в глаза, — готовься, Сэм.

И пошла наверх к Вал.

— К чему готовится?

— Лучше тебе этого не знать, — опираясь о землю, Сэм встал и пошёл к двум перепуганным 13-летним девчонкам, натянув на лицо расхлябанную улыбку.

— Дуэль? Ещё одна дуэль? — удивился Грокк, когда они все впятером сидели во дворе внизу, дожидаясь Санию.

— И кто будет драться? — спросил Аксель.

— У нас боевые Трит и Сания, Надин может, но чаще Трит — он старше. Пока их нет.

— Так может дождаться?

— Так не работает, — Сэм взял маленький белый камушек и запустил в стену.

Двор, в котором они сидели, был круглым и отгороженным высокой стеной. Первый этаж — пустырь под небом и один главный вход. Две лестницы по бокам вдоль стен делали двор почти круглым и вели наверх, где располагалось множество комнат. И в одной из них, самой большой, сейчас спали все 13 детей под присмотром Вал. Сэм не знал, чей это дом на самом деле. Он помнил себя здесь с семи лет, когда его приютила Надин.