Шрифт:
Еще один шаг, и призрачная, почти умершая надежда оживает — она спасет его во что бы то ни стало! Ради той девушки, что плакала, умоляя Филиппа и ее, Полининого, мужа не убивать несчастного; ради той девушки, что шагнула в плен к извергу, наверняка зная, что парню это не поможет. На что она надеялась, цепляясь за ничтожную возможность спасти обреченного на смерть человека? На что она надеялась, глупенькая, отдаваясь в лапы Зверя? «Не плачь, Кристина, я спасу твоего мужчину! Раз Филипп так жаждет его смерти, значит, хороший это человек… Не плачь, Кристина, за нашу долю бабью я вопреки всему отниму его у Филиппа! Пойдем же, парень, шевели ногами! Тяжелый ты… Да помоги же мне!»
Минут через десять, не больше, Адриан вернулся. С нелегким сердцем шел он убивать того, кто мог бы избавить Риантию от гнета Филиппа. Но что он, человек подневольный, сделать может? Помоги он Этьену — убьет Филипп, и рука у Зверя не дрогнет. А у него хоть жизнь и никчемная, да жена молодая дома, да дитя скоро появится — куда ж им-то без кормильца да хоть какого-никакого защитника… Адриан вошел в зал и замер в предчувствии беды — пленника на прежнем месте не оказалось.
Глава 37
Они недалеко ушли — Полина выдохлась, Этьен терял сознание. С горем пополам девушка дотащила его до укромного закутка в нише коридора за плотной тяжелой шторой.
— Пожалуйста, держись! — еле слышно молила она, опуская парня на каменный пол.
От соприкосновения с холодным мрамором сознание ненадолго вернулось. Этьен открыл глаза и с любопытством оглядел свою спасительницу — та шептала что-то, склонившись, плакала… Не разобрать слов, и аргументы, что жить ему стоит хотя бы ради той, что у Филиппа жизнь его своею оплатила, остались не услышаны.
— Где я? — прохрипел Этьен, с трудом удерживая сознание.
— Во Дворце. Ты что, не помнишь ничего?
Этьен качнул головой, то ли отвечая, то ли просто не в силах ее удержать.
— Какой этаж?
— Третий.
— Крыло?
— Правое.
— До покоев Ренарда далеко?
— Я не знаю, — удивилась девушка столь неожиданно трезвому допросу.
А Этьен хотел жить. И всячески, не взирая на боль и ускользающее сознание, искал способ выжить. Он помнил, как отец показывал ему потайной ход из Дворца. Этаж третий… А в правом крыле лестница, ведущая к ходу… Добраться бы туда… Девушка не помощница — сквозь боль и тяжесть, зовущую забыться, он разглядел и хрупкость молодой отважной женщины, и небольшой живот.
— Зовут-то тебя как, спасительница?
— Полина.
— Спасибо тебе… Полина… А теперь оставь меня… Филипп тебя убьет, если узнает… Беги, девочка… дальше я сам справлюсь…
— Да уж, справишься! — усмехнулась Полина. — Завалишься здесь, пока тебя не найдут! Куда же спрятать-то тебя…
— Отчаянная, уходи… Беги, пока никто не видит… я справлюсь как-нибудь… Беги, слышишь…
Этьен оттолкнул от себя девушку, чуть покачнулся — сознание померкло, но из последних сил держался, дожидаясь, когда ж она уйдет. Полина поддалась уговору и выглянула осторожно за шторку — никого.
— Ты не вылазь пока, сиди здесь тихо, — прошептала девушка, чуть обернувшись. — Я ночью прибегу — выведу тебя отсюда.
— Не надо… Забудь про меня… Ребенка береги… а сюда не суйся… Иди же… глупая…
Когда Полина обернулась на стихший голос, сознание уже покинуло Этьена.
— Эй! Ну вот… Справится он…
Полина вздохнула, глядя на парня, а потом склонилась, колечко сняла да на мизинец ему надела — не нужно ей чужое, а к пареньку она еще вернется, и как стража дневная покинет посты свои, выведет его отсюда. Так ей казалось. Был бы жив… Дотерпел бы…
Вот только пока она строила планы, за шторкой раздались тяжелые неторопливые шаги. Полина замерла, затряслась от страха, моля, чтоб не заметили их, не нашли, но… Откуда ж знать ей было, что кровавый след тянется за ними от самого зала, точнее любого прибора указывая путь беглецов? Резкий рывок шторы, и яркий поток света осветил лицо почти сбежавшего пленника.
— Полина?! Ты здесь что делаешь?!
Девушка обернулась на знакомый голос, побледнела на глазах, попятилась от мужа, но продолжала стойко охранять закуток, закрывая собой несчастного парня. Адриан рывком оттолкнул жену — за ней, все в том же бессознательном состоянии лежал «сбежавший» пленник.
— Адриан, не трогай его! — взмолилась Полина, вцепившись в руку мужа. — Я прошу тебя! Ради меня, ради нашего ребенка не трогай его!
— Дура! — со злостью выплюнул маркиз, пытаясь отцепить от себя прильнувшую девушку. — Какая же ты у меня дура, а! Ты понимаешь, что будет, если Филипп узнает?!
— Адриан!
— Ты даже не знаешь, кто он! — шепотом прокричал Адриан, кивая в сторону Этьена. — Полина, куда ты лезешь?!
— Мне плевать, кто он! Он человек! И если Филипп хочет его убить, значит, хороший он человек! Адриан, не трогай его! Пожалуйста!