— Я спрашивала его, но он ушёл от ответа и попросил не забивать себе голову.

— Ясно, — презрительно буркнул Тимур и ушёл к себе в кабинет.

Я тоже решила уединиться — прийти в себя, умыться, позвонить своим на большую землю. Тим строго-настрого запретил мне покидать дом до его особого разрешения — надо хоть узнать, когда от меня ждут материалы по этому интервью.

В редакции журнала "Научный факт" очень удивились моему вопросу:

— Рубрика совсем новая, мы ещё даже не выделили под неё полосу, так что со сдачей никакой спешки нет.

— Значит, моё интервью — первое? — озадаченно уточнила я.

— Да, да… мы даже, грешным делом, подумали, не для вас ли батюшка весь этот проект сочинил. Мы ведь в курсе, как он хотел привлечь вас к науке, а вы в журналистику…

— Папа был инициатором проекта?! — совсем уж ошалела я. Как странно… зачем ему это было нужно? В предположение главреда верилось с трудом…

А потом меня осенило: дурочка! Он хотел не ПРИвлечь, а ОТвлечь! Меня. От Витторио. Следующий вывод заставил мои щёки пылать огнём: интервью или статья — слишком слабая вещь, чтобы отвлечь от жениха. А вот другой мужчина… Ну, папа, ну, интриган… Не ожидала!

О боже, неужели и Тим с ними заодно?! Под ними я имела в виду, конечно, отцов: совершенно очевидно, что Илья Петрович в курсе афёры. Кто же приехал петь дифирамбы дикому сыну? Кто сглаживал углы и организовал романтический ужин?

Участие Тимура было, конечно, весьма сомнительно: вряд ли он стал бы так рисковать целью, просто чтобы вызвать у меня эмоции, хотя соглашусь, на контрасте сыграло эффектнее…

Я дал задание своему начальнику безопасности разузнать всё, что можно, об этом Витторио Кастеллано. Сам Константин Александрович, конечно, вряд ли сможет разведать данные об иностранце, но он пообещал подключить знакомых, которые смогут. Да и нужна мне была не вся подноготная, а более или менее доступные сведения: сфера бизнеса, общественное и семейное положение… Раз уж моя легкомысленная ведьмочка не удосужилась разобраться, кому она пообещала руку и сердце на всю оставшуюся жизнь, это сделаю я. А пока она останется здесь, рядом со мной, под моей защитой. Это окрыляло необыкновенно.

Я как раз обдумывал, чем бы нам заняться вдвоём, поднимаясь на второй этаж и намереваясь обсудить это с Никой, как вдруг увидел её в коридоре… подслушивающей у двери в комнату отца! Я остановился на полушаге и замер, сложив руки на груди. Любопытная девушка сосредоточенно прислушивалась ещё несколько секунд, а потом отвлеклась и заметила меня. И чуть не свалилась с корточек на… своё самое сочное место. Я вопросительно поднял бровь, но заговорил на всякий случай шёпотом:

— Пытаешься украсть отцовские научные открытия?

Ника прыснула в руку и отрицательно покачала головой. Поднялась, приблизилась ко мне вплотную и шепнула на ухо:

— У меня есть предположения поинтереснее этнографических теорий.

Мурашки привычно пронеслись по телу.

— Поделишься?

Она кивнула:

— Пойдём спрячемся куда-нибудь.

Я отвёл её в свою комнату — это показалось мне очень интимным и оттого приятным жестом.

Сел в кресло, изнывая от желания притянуть девушку к себе, но знал, что она начнёт вырываться и закрываться. Ладно, пусть для начала просто освоится в моём личном пространстве. Ника потопталась немного и присела на стул рядом со мной.

— Я очень внимательно тебя слушаю.

— Тим, мне кажется, я тут неспроста оказалась.

Это уж точно, видно, само провидение постаралось.

— Я имею в виду, что это не случайное стечение обстоятельств, а чья-то осознанная воля.

— И чья же?

— Я тебе дам вводные, а ты сам сделай вывод. Я сегодня звонила в журнал. Они не просили папу, чтобы он отправил свою дочь взять у тебя интервью. Он сам придумал этот проект и сам предложил мою кандидатуру. Ты первая ласточка, Тим.

— Всё?

— Другие вводные ты знаешь. Твой папа приехал нас мирить, он рассказывал мне много хорошего о тебе. Он организовал нам ужин на балконе…

Он же сегодня подбадривал меня на борьбу за Нику… Я нахмурился:

— Думаешь, они заодно?

— Если это не мои пустые фантазии, а реальный заговор, то они точно заодно.

— На пустые фантазии не похоже. И что ты планируешь с этим делать?

— А что с этим можно сделать?

— Ну например, заклеймить их позором за то, что они играют нами, как куклами.

— Они ведь хотели как лучше.

— Ну, тогда подыграть.

— Как? Выйти за тебя?

Моё сердце гулко бухнуло в груди. Тело ясно давало понять: да, я хочу. Жениться. Любить. Беречь и заботиться.

— Ну, хотя бы сделать вид, что я тебе нравлюсь.

— Ты мне на самом деле нравишься.

— Тогда перестать скрывать это.

— При живом женихе?

— Ника, это просто безумие — жить с таким человеком. Ты понимаешь, что сегодня произошло? Он хотел забрать тебя — ты отказалась — он решил применить силу, получил сопротивление и сразу достал оружие. Я даже представлять не хочу, что он может сделать с тобой, когда вы останетесь наедине.