Бешеный ужас охватил её. Она вспоминала все красивые костюмированные сериалы, которые смотрела одинокими вечерами в холодной постели, пока Макс "работал над документами". "Вам придётся выбрать – супруга или наследник..."

Лестница больно била ступеньками по голым пяткам. Лиля влетела в маленькую купальню и сунула голову под струи холодной воды. Надо успокоиться. Эта паника не изменит того, что было.

Что было... Она плеснула в лицо водой, потому что тело живо откликнулось на воспоминания, которые память моментально услужливо подсунула ей. Что с ней такое-то? Надо отвлечься.

Лиля сидела на кухне, разглядывая золотистый настой ачте с кружащимися в нём листочками. Баралл вернулся из лавок и смущённо поглядывал на неё, и Паллам тоже ходила мимо кухни, пока Лиле не надоело это.

– Ладно! – воскликнула она, подхватывая кружку. – Пойду в гостиную, как приличная дама!

Талли уже прибралась в гостиной, и на столе не было пустой бутылки и стакана. На краешке стола лежал носовой платок, и Лиля прищурилась, вспоминая, что это, но тут же распахнула глаза. Джерилл принёс булку в тряпице... В носовом платке.

Она выдохнула и потёрла глаза, словно пытаясь стереть картинки, что вставали перед ними. Да что ж творится-то... Что за бури гормональные?

Надо успокоиться. Надо успокоиться и прийти в себя, потому что паника приведёт только... к панике. Здесь нет средств экстренной контрацепции, анализов, антибиотиков, ни-че-го. Да, что ни говори, а некоторые местные взгляды на добрачные отношения в таких обстоятельствах казались не такими уж дикими...

– Кира, к тебе сегодня гости, – сказала Талли, заглядывая в гостиную. – Позвать цирюльника? Я почистила синее платье.

Лиля кивнула. Надо отвлечься, и местные сплетни как нельзя кстати.

Цирюльник с каким-то суеверным ужасом касался её волос, укладывая в затейливую причёску. По-видимому, ждал от дамы крейта безумных выходок, но Лиля задумчиво сидела, перебирая пальцами тонкую ткань платка с вышитой монограммой. Две недели жить в неведении... Интересно, как тут решаются эти... вопросы?

Паллам проверяла запасы круп в шкафчиках на кухне. Лиля стояла в нерешительности, но всё же прошла и села за стол.

– Паллам, а что делают девушки, если вдруг случается поддаться... греховной страсти?

Экономка округлила рот и грустно подняла брови.

– Тут уже ничего не поделаешь. Кира, тебе не стоит беспокоиться. Крейты не отказываются от детей, никогда.

На её мягком, полном лице явственно читалось: "Не слишком ли ты поздно спохватилась, дорогуша", и Лиля вздохнула.

– Я не о дамах крейта. Я о тех, которые поддались страсти с обычным человеком, севас или катьонте. И подозревают, что будут последствия.

– Тут как повезёт. Обычно семьи договариваются. Но, бывает, когда девушка из катьонте, семья парня не хочет такого родства, и у неё не остаётся выхода.

– А какие-то средства... Порошки, таблетки, травы?

Разговор на эту тему явно был крайне неловким для Паллам, и она всё время отводила глаза. Она молчала, и Лиля решила не мучить её.

– Ладно. Я поняла. Прости, Паллам.

– Говорят, девушки прыгают из окон, если узнают, что связь имела последствия, – наконец выдавила Паллам. – Иногда помогает. Но обычно это конец.

Лиля тёрла виски, разгуливая по заднему двору, в котором полоскались на ветру простыни. Жуткий мир. Жуткий.

Гости пришли к ужину, и Лиля в качестве хозяйки дома чувствовала себя вполне свободно. Кир Кинад рассыпался в комплиментах своей даме, и Лилю терзало любопытство. И этот кир, и двое других явно пришли не с жёнами. Девушки вели себя довольно "дерзко", как это тут называли, и открыто смеялись, а не тихонько улыбались, потупив глазки, когда их кавалеры отпускали очередную шутку.

– Кира, сопроводи меня освежиться, – сказала улыбчивая Олиэн, показывая Лиле глазами на дверь.

Лиля с готовностью встала. "Пойдём покурим", – говорила Вика, когда хотела поболтать о чём-то с Лилей посреди рабочего дня.

– Как ты умудрилась очаровать крейта? – спросила Олиэн у дверей купальни, после того, как они обе умылись и вернулись во дворик. – Про тебя столько слухов, кира! Я думала, ты совсем другая.

– Случайно получилось, – уклонилась Лиля от прямого ответа. – В жизни, понимаешь, разное бывает. Олиэн, а кир Кинад – твой... жених?