– Прошу прощения, меглейа, - тихо сказала Лиля, чувствуя липкое омерзение.
– Такого больше не повторится. Я буду осмотрительнее.

Креа едва заметно дёрнула подбородком и развернулась, шагая дальше, к женской половине третьего этажа.

Иллюстрированный каталог морских тварей, открытый на двести третьей странице, лежал под приоткрытым окном, выходящим на парк, и вдали мигали огоньки города, колеблемые маревом от свечей. Лиля бездумно таращилась на глубоководного хищника, изображённого на картинке, который фосфоресцирующим шариком на длинной удочке заманивал глупую легковерную добычу в пасть.

– Лилэр, - сказал Джерилл, и она вздрогнула, поднимая голову.
– Ну вот, ты опять пугаешься. Почему ты не спишь?

Он шагнул к Лиле. Она вскочила и кинулась к нему, повисая у него на шее.

– Ты пришёл... Пришёл. Я так надеялась на это.

– Лилэр, ты что... Почему ты дрожишь?
– спросил Джерилл, пытаясь заглянуть ей в глаза.
– Всё хорошо. Всё хорошо. А ну, садись со мной.

Последняя ночь, а потом - дама крейта. Та, кем её считает златокудрая Галарда. Дама, вынужденная обслуживать крейта, потому что это первостепенная обязанность.

Лиля положила ноги на колени Джерилла и прижалась к нему, отказываясь верить.

– Я не хочу, чтобы ты уходил. Не хочу.

– Ты будто прощаешься со мной, Лилэр, - удивлённо сказал он, заправляя прядку волос ей за ухо.
– Ты опять решила сбежать? Я-то никуда не ухожу. До утра я свободен. Поцелуй меня. Ты опять что-то учудила?

– Я встретила крею по дороге сюда, и она напомнила мне кое о чём, что я не хотела бы вспоминать. Дай мне вон ту подушку. Спасибо.

Она откинулась на подушку. Джерилл втиснулся между ней и спинкой дивана и притянул к себе поплотнее.

– У тебя сердце бьётся так громко, - сказал он, обнимая её двумя руками.
– Что тебя так беспокоит?

– Не хочу терять тебя.

– Ты не теряешь меня. Я обещал заботиться о тебе и помогать. Что за странные мысли? Откуда это? Закрой глаза.

Лиля закрыла глаза, чувствуя ритм его сердца в тишине, нарушаемой лишь редкими перекличками стражников снизу, в парке, а потом всё растворилось в запахе корицы и тёплом, уютном полумраке.

Ветер залетел в окно, щекоча щеку и шею, шумно шевеля шёлковую штору, и прошуршал страницами книги на столе. В воздухе пахло дождём, и небо было светло-серым.

Лиля осторожно села, оглядываясь назад, на спящего Джерилла, потом сползла с дивана и присела на пол, опираясь подбородком на мягкую кожу сиденья.

– Я чувствую твой взгляд, - сказал он, не открывая глаз.
– Ты ешь меня взглядом, как булку с ванильной начинкой.

Он открыл один глаз и резко сел, хватая Лилю за плечи и усаживая на диван.

– Почему ты плачешь? Лилэр, да что происходит?

– Ничего. Просто сидела и смотрела на тебя. Хотела запомнить твоё лицо и твою улыбку. Улыбнись мне, весёлый.

– Что-то мне не весело совсем, - нахмурился он.
– Лилэр, я приглашу гватре...

– Нет!
– воскликнула Лиля, вскидывая ладонь.
– Нет! Никаких гватре!

– Мне нужно идти, - сказал Джерилл, глядя на часы на одной из полок.
– Уже поздно. Но я не хочу оставлять тебя одну в таком состоянии.

– У меня всё хорошо, - сказала Лиля, улыбаясь, и улыбка вышла почти естественной.
– Всё хорошо. Ступай спокойно. Если будет нужен гватре, я приглашу. Не тревожься.

Он покачал головой и вышел, оглядываясь. Лиля подождала несколько минут, прибралась на столе, оправила помятое платье и тоже вышла, прикрывая за собой дверь кабинета.

– Кирья!
– поразился Алайте, встречая её у дверей.
– Ты спала в хранилище?!

– Задремала. Не убирай, пожалуйста, книги далеко.

Последняя ночь прошла, впереди последний день... до заката.

– Лилэр!
– окликнула её Гисэл из дверей гостиной.
– Я заходила к тебе с утра... У тебя такая миленькая горничная! Просто очаровательная. Пойдёшь к нам?

Лиля посидела с девушками, в очередной раз послушав про Тэмису, всё ещё страдающую по Келафу, и вернулась к себе.

Миррим встретила её радостно, предлагая завтрак, но Лиля лишь вяло отмахнулась. На одном из диванчиков в спальне лежал сложенный ярко-синий плащ. Она так и не сказала Джериллу, что его выходка была очень рискованной, но какая теперь разница?

Лиля лежала в кровати, прямо поверх покрывала, сложив руки на груди. Ирма даже не сказала, как это будет. Одномоментная амнезия у Джерилла, или постепенное затухание чувств? Припрётся к ней этот громадный блондин или будет постепенно завоёвывать доверие? Это ведь он распорядился привезти ей Миррим?