Мне хочется немного перевести дух, поэтому отправляюсь в самую дальнею беседку окутанную зелеными кустарниками и благоухающими розовыми розами, которые оплели белоснежные железные прутья. Плюхаюсь на скамью и делаю большой глоток воды из высокого бокала с ножкой.

— Как тебе танец с моим братом? — от неожиданности я дергаю рукой, и из бокала выливается жидкость, немного попадает на подол платья, небрежно смахиваю свободной ладонью.

— Отлично! — мой голос немного дрожит, но я в упор смотрю Каю в глаза, который небрежно облокотился о косяк, в руке держит бабочку, а рукава рубашки подвернуты до локтя.

— Не сомневался! Зачем пришла? — хрипит Кай, пытаясь прожечь меня взглядом, я же не опускаю глаз, пытаясь показать, что мне совсем не больно и неловко, — Ты мазохиста?

– Нет, вовсе… — чуть с усмешкой произношу, мне неприятен этот разговор, но понимаю, что если начну избегать Кая, покажу, как меня ранит вся эта ситуация. — Пришла на торжество родственника.

— Я тебе не родственник, и никогда им не был! — каждое слово пропитано холодом, от чего обнимаю себя за плечи.

– А я не о тебе… — его взгляд после моих слов становиться немного расслабленным, на место непроницаемой маске неприступности появляется знакомая ухмылка. Сердце предательски сжимается под натиском воспоминаний, но я стараюсь не показать это на лице.

– Даже так, — Кай первым вырывается этого странного забвения, я все еще во власти его пристального взгляда. — Ну, тогда хорошо тебе повеселиться Ева! — с этими словами он разворачивается и идет прочь. На какую- то секунду он останавливается, словно хочет вернуться и еще что-то мне сказать, но это замешательство практически сразу заканчивается, и его спортивный и безумно сексуальный силуэт скрывается за огромными вазами с пушистыми цветами.

Через минут пять мой телефон пропищал, а на экране высветилась смс сообщение от него.

«Ты безумно красива Ева»

Спустя 2 года, Нью Йорк

Ева

Обижаться можно только на себя, так как, возлагая на кого — либо надежды, в первую очередь мы в своей голове навешиваем ярлыки правильности, забывая, что у каждого свои понятия истины. Когда- то я поверила мужчине, повелась на чувства, но мир не рухнул, когда все мои мечты разбились о ледяную глыбу реальности, в которой я и он по — разные стороны баррикад.

Несколько дней назад я получила сухое и более чем информативное смс от матери, в котором говорилось о том, что в срочном порядке должна собрать чемодан и прилететь в Нью Йорк, для того, что бы поддержать семью на важном событие. Мне даже не захотелось выяснять, что именно заставило маму написать мне письмо в одиннадцать часов ночи, а тем более не захотелось спорить о том, что у меня своя жизнь, на носу открытие выставки и куча разной административной работы в школе и галереи.

Два года назад я успешно закончила обучение в университете и открыла художественную школу, средств для бизнеса были мизерные, но при поддержке отца я все же смогла запустить первый поток, и вот уже как полтора года моя школа живет. Мама пыталась, влезь со своими советами, деньгами и прочей псевдопомощью, которая естественно делалась не просто так, но я выстояла этот бой, отвоевав кусок неприкосновенности, не понеся особых потерь.

Где то пару лет назад она узнала о том, какие чувства у меня к Каю, это была спонтанная встреча, я приехала в Нью Йорк на несколько дней, просто повидаться, и так получилась что за душевными переживаниями вылила все как на духу. Ее глаза сказали сами за себя, лишь презрение и ненависть, словно я призналась не в том, что люблю мужчину, о том, что убила человека. Мисс Харди строго настрого наказала мне не появляться в особняке и в жизни молодых и счастливых супругов, к слову это была наша последняя встреча, если, не считая того, что видеться мы стали с ней в два раза реже, а встречами родственников это назвать нельзя было. Пару звонков в рождественские каникулы, и видеосвязь на мой и ее день рождения, на этот заканчивалась все общение.

Что я чувствую? Да ничего. Просто ощущаю, как мне легко и спокойно без ее нотаций, советов, которые сужаются до того, что будет лучше кому угодно, но только не мне. Возможно, рассуждаю как маленький ребенок, но вот хоть убей те меня, но не могу понять мать, которую заботят интересы кого угодно, но только не собственную дочь.

Что же на счет Даны, так тут просто можно диву даваться, как девушка запуталась в собственной жизни. Еще год после свадьбы все социальные сети пестрили и кричали о том, какая великая любовь них с Каем. Красивые наряды, отдых на самых дорогих и самых романтичных курортах мира, фото рук, которые переплетены пальцами вещали о огромном счастье, и все бы ничего если бы не одно но, и это моя вездесущая сестренка, которая просто поставляла мне килограммы информации. Вначале мне даже было интересно слушать о том, как ненавидит Даны Кай, просто избегая всеми существующими путями. Как под предлогом долгих и частых командировок перестал появляться дома. А в те не частые моменты, когда все же удосуживался почтить своим внимание семейство, вел себя холодно и раздраженно. А я как идиотка радовалась, то мужчина все же понял, что совершил ошибку, и теперь страдает, до того времени пока в интернет нее просочилась информация о том как мультимиллионер, наследник огромной империи Кай Харди развлекается с неизвестной красавицей на островах, естественно фото и видео прилагались ко всему. Несколько дней я просто находилась, в каком — то трансе, осознавая, что вообще происходить. С одной стороны была вера в то, что весь этот фарс под названием свадьба был каким — то проектом, в котором не было выбора, но после и эта пелена спала, осознание пришло, что все происходящее четкий и выверенный шаг Кая. После этого я попросила Хлою не упоминать в разговорах Кая, Дану и все, что с ними связанно, я так хотела отмыться от всей грязи и вранья, что даже одно воспоминание вызывала тошнотворный рефлекс. Но даже сейчас, спустя столько времени, если попадается на глаза фото в интернете, либо в журнале Кая, задерживаю взгляд, отмечая, что с годами он становиться все мужественнее, обаятельнее и сексуальнее.

В тот же вечер после странного письма матери я покидала в чемодан вещи, и уже через двенадцать часов снова прибыла в шумный, завораживающий и полный снобов город. На этот раз меня встретил водитель по имени Алесандр, невысокий мужчина лет сорока, с седой бородой и огромными черными глазами. Он сухо поприветствовал меня и рукой указал в сторону дороги, где был припаркован черный Мерседес с тонированными стеклами, кинув мобильный и небольшую сумку на сиденье, я небрежно рухнула рядом, закрывая глаза, пытаясь собраться. При одной только мысли, что я снова ступлю на порог шикарного особняка, буду проходить по коридором, которые хранят еще воспоминания тех времен, когда я наивно полагала, что наша любовь с Каем на века, и мы как в мыльных операх взявшись за руки, уйдем в закат, просто разрывала на маленькие кусочки мое сознание. Одно радовала, что я всего лишь на пару дней буду прибывать в этом аду, а после смогу дальше жить своей жизнью, далекой от всего этого балагана.