— Ребята, вы выглядите очень мило, но стихия отбушевала, а утро придёт своим чередом. Возвращайтесь в реальный мир. Хватит с нас пепла.

Эва неохотно отстранилась, но на Люца проклятья не полетели. Девушка выглядела умиротворённой и спокойной.

— Да, ты прав. Жаль, что всё так быстро закончилось.

— Ты про грозу и тромбы? Откуда они взялись, хотел бы я знать. Никогда не видел смерчей по ночам.

— Ну, мы, вампиры, редко обращаем внимание на погоду, — сказал Акиве.

Светская беседа казалась ему сейчас бессмысленной. Зачем обсуждать вещи, в которых они ничего не понимают? Хотя, если говорить только об известном и познанном, можно вообще лишиться тем для разговора. Все трое не спеша пошли обратно. Под ногами хлюпало, а в целом прогулка вышла приятной. Люц помалкивал и не обращал внимания на то, что Акиве и Эва идут, взявшись за руки. Из деликатности так поступал или было ему всё равно? Заговорил он только, когда вернулись к историческому месту падения корабля, да и повод, надо признать, появился.

— Ребята, а трофей-то у нас отобрали! Неспроста разгулялась стихия, виден злой умысел.

Смерч поработал и здесь, берег изрядно взъерошило, он лишился многих деталей, в том числе инопланетного спускаемого аппарата. На месте несуразной посадки темнела неровная яма.

Акиве огляделся. Он не мог представить, чтобы таким большим и тяжёлым предметом сумел завладеть обычный тромб. Обломки корабля тоже не усеивали окрестности. Что здесь случилось? Неужели хозяева подняли наверх разбитое судно? Возможно, их силовые захваты и спровоцировали смерчи в неподходящее время суток?

Люц сделал аналогичные выводы, уточнил:

— Прибрали своё добро. Вот жадобы.

Эва вздохнула. Она наверняка рассчитывала, что внутри найдутся полезные вещи. Да все надеялись прибарахлиться.

— Уж откупорить эту ракушку мы бы сумели, — сказал Люц. — Чего не сделаешь, когда есть время и желание?

Втроём грустно постояли на берегу. Остальные куда-то запропастились, а вот заря отличалась редкой пунктуальностью и не стремилась притормозить за линией горизонта к вящей пользе кровососов. Следовало серьёзно отнестись к её неизбежному появлению.

— Пошли в метро, — предложил Люц. — Знакомое, хоть отчасти обжитое место. Те, кто выкарабкался из катаклизма, всё равно соберутся там, да и не думаю я, что вампира можно пристукнуть тромбом, даже если очень постараться.

В самом деле, ловить на берегу стало нечего, а эксперименты Саввы вполне ждали до следующей ночи.

Уйти не успели. Призрак возник внезапно, словно нарисовался. Он висел на фоне неба, слегка покачиваясь. Вероятно, ему приходилось бороться с ветром, и, хотя дуло умеренно, лицо шло тревожными волнами. Акиве разглядывал тварь дрожащую, о которой столько слышал, с любопытством. После инопланетян привидение не слишком впечатляло, да и страшило тоже, тем более, что, по словам других вампиров, отличалось мирным нравом.

— Чего тебе, парень? — лениво спросил Люц. — Здесь нет Дэма или Саввы, которые охотно поговорили бы с тобой. Мы пережили нашествие стихии, потеряли законно завоёванное добро и не слишком настроены на долгое содержательное общение. Ещё нам заря наступает на пятки.

Призрак начал показывать что-то руками. Губы его шевелились, но вампиры ничего не слышали. Люц отмахнулся и собрался просто обойти помеху и чесать своей дорогой, но в Акиве пробудился интерес.

— Подожди, может быть, он не от скуки вылез из подземелья? Давай посмотрим, чего хочет.

— Ладно, — легко согласился Люц. — Делать нам всё равно нечего.

Сведох откровенно обрадовался, когда вампиры согласились следовать за ним, и поплыл к холму. Наверху ещё пахло горелым, но взорванное судно исчезло.

— Крохоборы, — опять проворчал Люц. — Эти если прибрали что к рукам — вовек не отдадут. Может и прав Савва, надо нам новый венец творения на причёску надевать, а то так и головы лишиться недолго.

Акиве промолчал, ему не слишком хотелось поддерживать разговор, Люцу ответила Эва:

— Хочешь опять стать человеком? Вперёд!

— Чувствую, что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы оперативно записаться в геи. Они ведь не понадобятся возрождённому человечеству? По крайней мере на первых порах. Вот, процесс уже пошёл: я всё сильнее ощущаю неодолимую тягу к представителям своего пола!

— Врёшь!

— Честно слово: парням рожать нечем.

— Я про другое!

— Тогда поцелуй меня. Увидишь, что мне не понравится.

— Жди-дожидайся!

— Ну попытаться-то стоило…

Люц улыбнулся мягко, совсем по-человечески. Акиве добродушно прислушивался к их дружеской перепалке. Показалось, что этот вампир с трудом сдерживает слёзы. Он так отважно делал вид, что с ним всё в порядке. Боль от потери друга теснилась в нём, выгрызая изнутри сердце, а он смеялся как будто всё нипочём.

Раньше Акиве думал, что вампиры начисто лишены человеческой отваги. А что было бы с ним, потеряй он Эву? Ушёл бы опять под землю или заставил себя жить как обычно и решать поступающие со всех сторон проблемы? Лучше не думать об этом и никогда не узнать ответ. Двое из их маленькой группы уже погибли — достаточно. Надо сберечь остальных.