Эва ворвалась в рубку, словно спеша на помощь, и замерла испуганно в полушаге от пульта. Её дрожащая ладонь легла на плечо Акиве в поисках поддержки или показывая дружеское участие. Прошелестел глубокий вдох.

— Она прекрасна! Люди ведь летали в космос, видели весь свой мир! Как могли его уничтожить?

Акиве тоже казалось, что он видит лишь призрак былого, но Земля плыла перед ним по чёрной равнине бездны, по лужайке цветущих звёзд. Настоящая. Живая. Отважно пережившая людей. Он заплакал. Слёзы, оказывается, могли течь из его глаз, просто раньше повода не случалось.

Эва тоже растроганно трепетала, но врезала зелёному в челюсть, когда тот попытался осторожно дотянуться до оружия. Акиве забыл, что нужно угрожать пилоту, расслабился, но сразу пришёл в себя. Опасно слёзы лить и сопли на кулак наматывать, ничего ещё не кончилось, всё только начинается. Акиве уже без эмоций, хладнокровно отыскал на планете родной уголок, ткнул пальцем.

— Нам сюда, но не сразу, а когда наступит ночь.

Акиве показал ладонью, что как бы надвигает линию терминатора на нужное место. Пришелец посмотрел на непрошеных пассажиров совсем уже ошеломлённым взглядом, словно заразился от вампиров, и в мозгах у него наблюдался полный бардак. Вероятно, так оно и было, связных мыслей Акиве не улавливал. Свои передать толком не сумел, да и какие истины, в сущности, мог вручить зелёному? Дать пинка, чтобы зад помнил, что носу нечего соваться на эту планету? Акиве не стал ничего объяснять.

Он смотрел на Землю. Знал, что больше никогда не увидит её вот так, со стороны, не ощутит этот восторг. Он здоровался с планетой и одновременно прощался с ней, но всё происходило правильно, а жизнь — всегда текла чередой жертв. Не обязательно кровавых.

Ивец тоже рискнул присоединиться к компании. Он молчал. Акиве его не трогал. Им всем судьба подарила момент чуда, и сами будут виноваты, если душа не проснётся в теле, пережившем волшебный полёт. Акиве понял, что человек в нём важнее вампирского совершенства. Эва, кажется, тоже. Ивец должен дойти до всего сам, что бы там не варилось в его понурой башке. Надо каждому дать шанс на осмысление.

Корабль-матка мог как-то обстрелять детёныша, но не рискнул. То ли там ценили жизни соплеменников, то ли берегли имущество. Акиве совершенно об этом не задумывался. Убьют, так убьют, ничего ведь не изменишь, значит, нечего и отвлекаться по пустякам. Надо сполна насладиться зрелищем прекрасной голубой Земли.

Линия терминатора уверенно ползла по планете, деля мир на свет и тьму, давая надежду всем: и людям, и вампирам. Человечество свой шанс раздолбило бомбами. Обитаемой осталась ночь, отданная бессмертным. И она, наконец, наступила.

— Вот теперь садимся! — удовлетворённо сказал Акиве. — Наше время пришло.

Он вновь потыкал в экран и похлопал пилота по плечу: давай, мол, не робей, мы с тобой. Тот уже и не глянул на пленителя, смирился с тупым сумасшествием причудливых зверушек с чужой планеты. Он попытался объяснить что-то, потом безнадёжно, совсем по-человечески махнул рукой. Акиве на всякий случай погрозил ему пистолетом.

В крошечной рубке не нашлось других кресел, и вампиры сели на пол, ожидая тряски и прочих неприятных вещей, но корабль опускался плавно, словно делал обычное дело. Для него оно, конечно, и было заурядным, это земляне совершали небесное путешествие впервые. Планета на экране выросла, так быстро побежала навстречу, что Акиве ощутил холодок страха. Ему показалось, что твёрдая поверхность опасно близка, и корабль разобьётся вдребезги. Выжить при таком раскладе не мог даже бессмертный вампир, но зелёный хоть и мрачно, но уверенно сидел за пультом, рулил. Ну да, успокоил себя тем, что высадит дикарей и смоется обратно на орбиту.

В этот момент Акиве сообразил, что наглеть надлежит по полной, иначе не стоило и затевать эти пляски с пришельцами. Земля летела навстречу, и с приближением родного дома всё яснее начинала работать голова. План сложился в ней за считанные минуты.

Убедившись, что посадка космического корабля не так страшна, как это представлялось с орбиты, Акиве поднялся и стал рядом с пилотом. Тот покосился, но продолжал делать своё дело. Привык уже. Готовился выбросить наглецов обратно на их нищую планету и гордо воспарить в небеса. Акиве мысленно усмехнулся.

На экране приближалась шершавая однообразная поверхность. Человек растерялся бы, наблюдай знакомую местность вот так, сверху, но вампиры ориентировались на местности гораздо лучше. В каждом из них вместе с изменённой кровью поселялся неплохой геометр.

— Да, правильно! — приободрил Акиве зелёного и дружески похлопал по плечу. — Вот сюда, немного левее. Там ровная удобная местность.

Он ткнул пальцем в экран, уточняя место посадки. Сзади тотчас зашевелилась Эва.

— Далеко от нашего города, это же сколько пешком топать!

Акиве чуть повернул голову, и девушка сразу замолчала. Они познакомились совсем недавно, но она уже научилась чувствовать его как угадывают мотивы родственника или друга. Единственное вампирское несовершенство, увы, мешало им стать ближе, но некая связь между ними установилась. Чудесно. Быть может, она не вникла в детали его плана, зато сразу сообразила, что он есть. Хорошо, что зелёные не понимают по-человечески. Для полноценного управления ими достаточно оказалось пальца и пистолета, точнее — в обратной последовательности.