Ротик пришельца раскрылся, и оттуда вылетело чириканье как у птички. Несолидные получились звуки для особи такого размера.

— Ладно, думай! — разрешил Акиве. — Когда ты вслух, я ещё меньше понимаю.

Увлёкшись развитием контакта двух цивилизаций, он совсем забыл о внешних пришельцах, а они резво вернулись на борт и прямо, не снимая скафандров, вломились в рубку. Их непонятное оружие уставилось на вампира. Неужели будут стрелять здесь, где наверняка полно точных дорогих, а главное, хрупких приборов? Акиве тихо отступил вглубь помещения. Ситуация приобрела патовый характер.

Хозяева корабля, но не положения стрелять не спешили. Не улыбалось им, наверное, застрять здесь надолго из-за пальбы в неположенном месте. Корабль-матка, конечно, подберёт, но ведь придётся отчитываться за попорченное имущество, а этого никто не любит.

Сочтя ситуацию благоприятной, Акиве решил вступить в переговоры на понятном чужакам мысленном уровне. Он максимально настроился на режим работы их мозга и попытался внедрить собственный образ, точнее свежую в памяти картинку Дэма и Лилиты. Вот, мол, какие мы здесь красивые и плечистые. Это вам со мной не повезло, а так всё в порядке. Инопланетяне смолкли и уставились на него в явном затруднении: то ли приняли послание и сообразили, что им хотят сказать, то ли не приняли и не поняли ни хрена. Стесняясь показывать других, не столько совершенных внешне вампиров, Акиве решил немного подождать. Вдруг до зелёных просто медленно доходит?

Они опять начали обмениваться мнениями на своём уровне. Скорее всего, не допетрили, что абориген пытается общаться, списали увиденное на его простодушие и собственную продвинутость. Акиве уцепил суть их диалога: странное животное помнит только двоих представителей вида, похоже, других особей оно просто не знает. Учитывая отсутствие жилищ, которое показало сканирование планеты, разумный класс если и был, то весь вышел. Этого можно взять с собой и обследовать. Полезно разобраться, почему его и тех двоих не убила радиация.

Про войну пришельцы сами поняли: у них ведь приборы. Акиве запоздало сообразил, что ему тоже полезно уразуметь, что, собственно говоря: подсчитывают эти зелёные чужие убытки, или прикидывают свои будущие прибыли. Зачем они прилетели? Вот зачем? Космос большой, просто так сквозь него не шастают. Зелёные люди, белые или чёрные — это неважно, денежки к рукам прибирать они все умеют.

Заподозрив пришельцев в корысти, Акиве начал думать в этом направлении. Дипломат из него не получится: ростом не вышел, да и твёрдостью характера, а вот сыграть роль шпиона он мог попытаться. Разведчику в первую очередь ум нужен, прочее малосущественно. Акиве в школе хорошо учился, сообразит, что здесь к чему. Как бы только подластиться к зелёным, чтобы его не стеснялись и облекли доверием?

И он действительно сообразил. В театре никогда не играл, но сделал всё что мог. Его пантомима заворожила пришельцев как маленьких. Главный даже оружие опустил. Акиве танцем, жестами и глупыми ухмылками обещал пришельцам, что поймает им зверей и соберёт гербарий, а когда они надумают улететь, приведёт им тех двух, что пережили войну — для опытов. Взамен он просил любви, ласки и новые штаны.

Поняли его и согласились с ним, или от его прыжков у них просто голова закружилась, Акиве разбираться не стал. Главное, что выпустили. Он спрыгнул на осквернённую войной, но всё равно родную землю, и почувствовал, что не хочет никуда с неё улетать. Спеша закрепить доверие новых хозяев, он быстро поймал мелкого грызуна и принёс к кораблю. Пришельцы опять копошились снаружи и встретили его подарок с одобрением. Один из них протянул что-то органическое, должно быть еду. Прикармливают — понял Акиве. Это хорошо.

Он добросовестно таскал образцы и между делом прислушивался к мысленной речи чужих. Жаль, думали эти трое о бытовых вещах, никак не удавалось выведать их глубинные планы. Пока что они изучали состав атмосферы, почвы и воды. Результат их, похоже, радовал, они даже иногда довольно курлыкали.

Усыпив бдительность зелёных, Акиве позволил себе отвлечься и сбегал к выходам из метро и в долину. Он хотел встретиться с Дэмом или Саввой, или этим заторможенным Ивецом, но попадались только собственные приспешники, а с ними разговаривать было бесполезно. Акиве с досадой подумал, что ходят за ним только прочно съехавшие умом. Конечно, если придёт пора бить пришельцам морды, эта группа поддержки окажется на своём месте, но пока Акиве хотел всего лишь посоветоваться. Проблема казалась ему серьёзной, и он опасался решать её в одиночку, но нормальных вампиров точно ветром сдуло с поверхности, а спускаться под землю было некогда.

Рассвет застал его в сомнениях и на окраине. Не слишком доверяя как собратьям, так и пришельцам, он заполз в одну из секретных нор и устроился там дневать. Наверху свирепело утро. Солнечный свет казался вампиру громким, он давил на землю, словно тяжёлый сапог, по округе разносился гул, как от шагов великана. Под него Акиве и задремал.

Почему-то он боялся, что пришельцы днём улетят, и ему так и не удастся выведать их секретные планы, но корабль увидел ещё издали. Стоял себе на месте и никуда не спешил. Отлично. Полезно было поймать что-то крупное, чтобы оправдать длительную отлучку. Акиве повернулся, побежал к долине и едва не налетел на женщину.

У бывшего ботаника и отличника ноги приросли к руинам, когда он её увидел. Женщины и в одежде смущали его невероятно, а эта была нага и восхитительно округла. Куда там Лилите с маленькой грудью и узкими бёдрами до этой Венеры послевоенных пустынь! Акиве обомлел. Вампиры не умеют краснеть, а то он залился бы румянцем как заря. Сконфузился как маленький.

Женщина оглядела его без интереса и спешки, но должно быть потерянный вид и немое благоговение во взоре отчасти ей польстили.

— Что смотришь, малыш? — спросила она вполне дружелюбно.