– Ой, - заливисто рассмеялась она, вытирая нос рукавом. Стас веселья не разделял.
– Станислав Викторович, - она подвинулась к нему так, что ее мокрое лицо оказалось в нескольких сантиметрах от его собственного. Он не мог понять, насколько Лера пьяна. Расслаблена, морщится от попавшего в нос алкоголя, но смотрит с хитринкой в глазах. Нет, все же пьяна.
– А если я соглашусь переспать с вами? Один раз. В эту ночь. Но с условием, что вы оставите меня в покое. Навсегда. Без встреч и звонков. Вы сможете так?

Стас сглотнул, по нежным ее губам большим пальцем провел. Он колебался.

Из кухни донесся тихий бой курантов.

Лера головой вбок качнула, ускользая от прикосновений. Неприятное ощущение шевельнулось у Стаса в груди. Его проверяют на вшивость. И он был в одном шаге, чтобы ее подтвердить. Согласие Леры на секс таковым не является. Он ей противен. Стас рукой поймал ее подбородок и в губы прошептал:

– Смогу, Лера. Но не хочу. Мне нужны отношения, понимаешь? Не на один раз, а когда я захочу - в любое время суток, - он по-хозяйски погладил ее бедро.

Леру передернуло, ощутимо так, к раздражению Стаса.

– А меня вы спросить не собираетесь, хочу ли я отношений?!
– возмущенно прикрикнула она, упираясь ладонями ему в грудь. Он держал за подбородок крепко, возможно, до боли. Но думал не об этом. Стас стремительно терял нить разговора, не отрывая взгляда от ее губ.

– Разве это важно? Ты злишься на меня и не видишь для себя выгоды наших отношений. Лера, я не успокоюсь, пока не уложу тебя в постель. В свое время моя жена, как и ты, думала, что….

– Как вовремя вы вспомнили о жене!
– едко заметила она, не дав ему договорить.

– К черту жену!
– Стас сильнее сжал пальцы, отчаянно ругая себя за неосторожность. Как глупо - упоминать о жене, уговаривая другую женщину стать любовницей. Рвано выдохнув, он собрался с мыслями. Нужны аргументы. Деньги, образование, картера. Он может дать ей все, что она пожелает! Лера вцепилась пальцами в его запястье и, поморщившись, застонала. Стас вмиг растерял кропотливо собранные мысли. К черту все! Он ее поцеловал. Страстно, как мог целовать только эту девчонку. Яростно, наказывая за непокорность. Жестко, руша возведенные ею невидимые барьеры. Слепо. Жадно. На грани безумия. Его триггер. Его женщина.

Лера забилась в его руках, как птица, запертая в клетку - отчаянно, понимая безнадежность своего положения. Стас опрокинул ее на спину, придавил к дивану тяжестью тела. Она царапалась, оставляя кровавые следы на его шее. Он не замечал боли, исступленно сминая руками желанное тело. Ему мало ее губ. Она нужна вся. Он оторвался от припухших губ и исступленно прижался к шее, впитывая запах гладкой кожи. Резкая боль в одно мгновенье отрезвила его. Стас даже закричать не успел, столь неожиданным было ощущение сомкнувшихся на ухе чужих зубов. Лера отпрянула, давая ему возможность выпрямиться.

Хлесткая пощечина обожгла щеку.

– Пошел вон!
– закричала Лера, дрожа от негодования. Но Стас отчетливо увидел в ее глазах страх.
– Вон, я сказала!

Он позволил ей выбраться из под его тела и пересел на противоположный край дивана. Вид у нее был как после драки. Но и у него не лучше. Шея ныла, ухо саднило.

– Прости, Лера.

– Ненавижу, - всхлипнула она, швырнув в него подушкой.

– Успокойся. Я принесу воды.

Оказавшись на кухне, Стас распахнул форточку и закурил. Грохот взрывающихся фейерверков отдался в душе унылым напоминанием о празднике, который безжалостно испорчен. Им самим. В штанах распирало от возбуждения твердый член. Стас с силой ударил кулаком по подоконнику. Проклятие. Он точно проклят, как иначе объяснить болезненную тягу к женщине, которая раз за разом его отвергает?

Налив в стакан апельсиновый сок, Стас достал из кармана серебряный блистер. Девять запечатанных таблеток нейролептика, взятых у Милы, и одна вскрытая. Он сам заменил ее, надеясь, что не понадобится. Легкий наркотик, который подтолкнет Леру к сексу. Стас сжал блистер до боли в ладони. Он не сможет. Не после того, что сделал. Стало тошно до того, что впору было принять наркотик самому. Он подхватил стакан и пошел в комнату, на ходу спрятав таблетки в карман.

– Я ухожу, - сказал, оставив сок на тумбочке.
– Мне жаль, Лера.

Она окатила его ледяным взглядом и кивком указала на дверь.

Перед уходом, Стас оставил на трюмо новогодний подарок. И ни секунды не сомневался, что утром он окажется в мусорном ведре.

Лера проснулась ближе к полудню. Во рту было сухо, взгляд упал на стакан с соком на тумбочке. Быстрыми глотками покончив с напитком, она почувствовала себя лучше. Тело затекло после долгого сна в неудобной позе. Она уснула в грязной футболке прямо на мокром диване. Подушки валялись на полу, в засохшем липком пятне от разлившегося шампанского.