На кухне дела обстояли еще хуже. Еду со стола никто не убрал. Больше часа Лера наводила порядок, не забывая про забинтованную ногу, на которую старалась не наступать. Продукты она выбросила - есть совершенно не хотелось, наоборот, ее мучила тошнота.

Лера с содроганием вспоминала вчерашний вечер. Она всерьез испугалась, когда оказалась зажата между диваном и Станиславом Викторовичем. Козел. Вчера он превзошел самого себя в попытке пробудить в ней еще большую ненависть.

Едва она закончила с уборкой, как раздался стук в дверь. Лера вздрогнула, телефон проверила. Не звонил, решил приехать. Она сама набрала его номер, не желая привлекать внимание соседей криком, прогоняя мужчину. В дверь снова постучали. На этот раз настойчиво, вкладывая куда больше силы.

Он ответил не сразу, а спустя несколько долгих гудков:

– Лера?
– в трубке послышался заспанный голос. Она нахмурилась. Что-то не так.

– Я не открою дверь! Уходите.

Станислав Викторович молчал, только громко сопел. Видимо, он был удивлен не меньше нее.

– Я дома, - выдал он, наконец.
– Что случилось? К тебе кто-то пришел?

Она растерянно кивнула, забыв, что он не видит ее. Если не Станислав Викторович, то кто? Тетя Оля?

Заглянув в глазок, Лера увидела Екатерину Павловна. Та настойчиво барабанила в дверь, будто намеренно игнорируя звонок.

– Это Екатерина Павловна, - прошипела она в трубку и принялась искать ключи.

– Что ей надо?
– зевая, спросил Станислав Викторович. Она сбросила звонок, недоумевая, зачем вообще ему отвечает. Скотское поведение заслуживает такого же отношения.

– Екатерина Павловна!
– крикнула Лера, не найдя ключ.
– Что-то случилось?

– Открывай!
– гаркнула женщина, сопроводив слово ударом в дверь.

– Я не могу найти ключ!

– Совесть ты не можешь найти, свинота!
– ответила Екатерина Павловна, нещадно стуча по металлу.

– Да что случилось-то?!

– Выйди, и я мордой натыкаю в свинство, которое ты тут развела.

Лера удивленно распахнула глаза. Какое свинство? И причем тут она? Станислав Викторович сделал очередную гадость? Но что именно и зачем? Вопросы роились в голове, и ни на один не было ответа. Нужно найти ключ, чтобы своими глазами увидеть то, в чем ее обвиняет Екатерина Павловна.

В подъезде хлопнула дверь. Лера заглянула в глазок и убедилась, что женщина ушла. На душе обосновалось стойкое ощущение тревоги и предчувствие какой-то подлянки, о которой она пока не знает.

"Ключи у вас?" - отправила сообщение Станиславу Викторовичу. "Да. Еду." - лаконичный ответ.

Лера досадливо поморщилась, пребывая в полной уверенности, что мужчина заранее продумал повод, чтобы "осчастливить" ее своим визитом. Его упорство, да в нужное бы русло.

На трюмо лежал маленький пакет. Она достала из него обшитую тёмно-синим бархатом коробочку, из тех, в которых хранят ювелирные изделия.

– Вот же гад!
– воскликнула Лера, разглядывая крупные серьги в форме капель. Розовое и белое золото изящно переплеталось друг с другом, удерживая по центру блестящий драгоценный камень. Дорогие серьги. Дешевый подарок. Первым порывом было выбросить, но чуть подумав, она спрятала серьги в шкатулку для украшений. Сдаст в ломбард или продаст, когда понадобятся деньги.

Станислав Викторович приехал спустя полчаса. Она услышала, как повернулся ключ в замочной скважине и метнулась к двери. Лера была настроена решительно и во что бы то ни стало собиралась вытолкнуть мужчину из квартиры. Но не пришлось. Он потоптался у порога, но не вошел. И тогда она заглянула в глазок. Станислав Викторович ушел. Невероятно! Слишком легкая победа. Ну не могла же в самом деле в нем проснуться совесть? Конечно, нет. Он оставил ее в утробе матери.

Лера подождала несколько минут и выглянула в подъезд. Пусто и тихо. На всякий случай проверив лестничный пролет, она вернулась к квартире. Под ногами шуршал серпантин и конфетти, которыми был усыпан пол. Разбитая бутылка шампанского валялась у квартиры Екатерины Павловны, а на двери виднелись подсохшие потеки. Вот и свинство, о котором говорила женшина. Но она-то тут причем? С нее достаточно незаслуженных обвинений.

Лера постучалась к соседке.

Екатерина Павловна распахнула дверь и, гневно сверкая глазами, и рявкнула в приказном тоне:

– Убрала здесь! Живо!

– Нет. Я этого не делала, - раздраженно ответила Лера. Она говорила твердо, но спокойно, что стоило немало усилий.

– А кто тогда? Я?!
– соседка сделала выпад и толкнула ее в грудь, отчего Лера пошатнулась. На миг ей показалось, что женщина ударит ее по лицу. Нервы сдали, наружу прорвалась болезненная обида, которая таилась в душе.

– Откуда мне знать?! Мало людей живет в этом доме? Почему я? Почему во всем всегда винят меня?! Что я плохого вам сделала?
– она оттолкнула Екатерина Павловну от себя, но та цепкой хваткой вцепилась ей в волосы. Она вскрикнула, наступив на больную ногу и завалилась на соседку. Екатерина Павловна не удержала веса обеих и с грохотом упала на пол, увлекая ее за собой. На шум выскочили соседи. Потасовка продолжилась лежа. Леру оттаскивал пожилой мужчина, а она закрывалась от ударов, которыми ее осыпала разъяренная женщина.