– Вай мэ, какой кошмар! – схватился за голову стражник у ворот, выронил копье и побежал к растянувшемуся на дорожке Сорви-голове. – Простите этих идиотов, ваше высочество! – Он помог подняться несчастному бывшему принцу и тщательно выбил из него тяжелой ладонью пыль. – Вот так!

Стражи ворот, крайне довольные собой, что все так успешно разрешилось, чуть не вприпрыжку вели под руки следующего.

– Оставьте его! – Сорви-голова, сжав кулаки, бросился им наперерез. – Вы, тупоголовые ишаки! Этот человек со мной!

Стражники остановились и уставились на преградившего им путь мужчину.

– Ты кто такой, – нахально спросил один из них, – чтобы указывать дворцовой страже, что ей делать?!

– Я – наследный принц султана эр-Рияда! – выпалил Сорви-голова и на всякий случай, для особо одаренных, добавил: – Вашего повелителя. А вы… – еле сдерживаясь, процедил Сорви-голова, – вы покойники.

Стражи ворот в сомнении повернули головы к стражнику, стоявшему рядом с Сорви-головой. Тот только пожал плечами и еле заметно кивнул, мол, так вышло. Стража ворот тут же выпустила из рук Синдбада и рухнула на колени.

– Пощади, о великий! – распластались они у ног знатной персоны, отклянчив зады. Шлемы слетели с их голов и, бренча, откатились.

– Двести палок по пяткам. Каждому. Это хорошо укрепит их память, – вынес беспощадный вердикт Сорви-голова.

– Вай мэ! – опять схватился за голову стражник, но те, что валялись в пыли у ног Сорви-головы, подползли к нему и принялись благодарно лобызать его обувь: хорошо живы остались! К концу этой процедуры обувь принца блестела, словно генеральские сапоги на параде.

Он осмотрел результат их работы, удовлетворенно хмыкнул и сменил гнев на милость.

– Двести палок, но на двоих.

– О великий! – радостно взвизгнули счастливые стражи, не смея поднять голов.

– Пошли, мой юный друг, – сказал Сорви-голова Синдбаду, кладя руку тому на плечо. – Я уверен, эмир уже в курсе моего прибытия и изнывает от желания узреть меня поскорее.

Он оказался прав. Новости и слухи во дворце разносятся крайне быстро. Впрочем, это происходит не только во дворце и не только на Востоке.

Эмир, уже несколько отошедший после плотного обеда, успел перебраться в прохладный тронный зал дворца и теперь метался от трона к окну, невзирая на желудочные колики. Ожидание и предвкушение обладания редкой вещью были тягостны для его сознания: ладони эмира нестерпимо чесались, а в… седалище свербило так, будто туда проник сам шайтан, не давая несчастному повелителю правоверных ни присесть, ни остановиться хоть на секунду.

Наконец на пороге зала возник глашатай.

– К пресветлому эмиру прибыл Сорви-голова! – возвестил он и, приложив ладонь к груди, склонил голову.

– Сорви-голова? – изволил удивиться Нури ибн Кабоб. Его лицо разочарованно вытянулось. – Кто это такой? Впрочем, пусть войдет.

Глашатай посторонился, пропуская мимо себя гостей.

– О, это вы, дорогой мой Оторви Башку! – обрадовался Эмир, взбираясь на свой трон, чтобы выглядеть посолиднее. Вернее было бы сказать, что это не совсем трон, вернее, трон, но похож он был на низкий неширокий диван с валиками и атласными подушками, установленный на возвышении в половину человеческого роста – повелитель непременно должен возвышаться над своими подданными. – А мне доложили, будто прибыл какой-то Сорви-голова.

– Меня теперь так зовут, – устало вздохнул Сорви-голова. Как же тяжело, оказалось, менять имя.

– Разве? – задумался эмир. – Впрочем, какая-разница. Принесли ли вы обещанное?

Сорви-голова неспешно, вразвалочку приблизился к трону.

За ним увязался Синдбад, выглядывая в толпе приближенных Амаль, но девушек, к сожалению, здесь вообще не было: одни бородатые морды в невообразимо высоких чалмах и двух, а то и трех халатах, надетых один поверх другого. Это, видимо, повышало их уровень самозначимости.

– О да! Вам только надлежит послать охрану на мое судно и…

– Почему же вы не захватили ее с собой? Вещица, должно быть, совсем-совсем крохотная, – разочарованно протянул Нури ибн Кабоб, поерзав на своем троне, и запустил в правого махальщика подушкой, вымещая на нем свои нетерпение и злость.

– Но очень ценная! Я не рискнул идти с ней без охраны.

– Да-да, вы правы, – вынужден был согласиться с ним эмир. – Эй, стража! Срочно принести с корабля Сорви-головы вещь, которую… В общем, вещь.