– Утром - так утром, - ответил вместо меня Марк.
– Ну, тогда я пошел, если вам, конечно, на ночь третий не нужен.

– Пошел вон!
– молниеносно превратившись в разъяренного быка, рыкнул Игорь, и Марк со смехом исчез.

Федя вызвался нести почетный караул, и ему бесполезно было говорить, что парень из кокона выбраться не сможет.

– Если он использует силу, она отрикошетит в него, понимаешь?
– теряя терпение, в сотый раз повторила я.
– Выбраться он никак не сможет!

– Кот в мешке - все равно кот!
– безаппеляционно заявил Федя, подзывая к себе Севера.

– Оставь, - сказал Игорь, - пусть караулит, раз так хочет. Идем спать.

Сдавшись, я устало поплелась за ним в спальню, но сон не спешил приходить. Когда я впервые решила найти своего брата, я думала, что как только увижу его, то сразу пойму, он это или не он, но вот глядя на незнакомца, я понимала только то, что ничего не понимала.

Тут же мне приходило в голову, что вообще-то он и не сказал, что он мой брат. Да, он назвал меня по старому имени, но его знал любой из тех, кто был в то время со мной в пристанище, и то, что он так меня называл, означало лишь то, что про мое прошлое он знал, что, в свою очередь, вовсе не означало, что он был его частью.

К тому же нельзя было игнорировать то, что, как только я отказалась от его поисков, он тут же нарисовался. И это я еще не брала во внимание появившийся после моего отказа таинственный голос и происшествие в Бабьей Выгороде, не говоря уже про подозрительную смерть ищейки и появление падальщиков.

Все это просто не могло быть совпадением. Только не у меня, только не в моей жизни.

С разболевшейся головой я смогла уснуть только на рассвете, и то - всего лишь на несколько часов. Игорь заботливо избавил меня от мигрени и принес завтрак в постель. Какая же он у меня все-таки лапочка!

Переодевшись, я спустилась вниз и, еще даже не завернув в гостиную, услышала громкую отрыжку. Понятно, Рита уже была здесь.

– Всем привет!
– как можно бодрее сказала я, входя на кухню.

Марк лениво наблюдал, как Игорь в фартуке сосредоточенно варил для девочек манную кашу, которая все время норовила сбежать. Блин, серьезно, вот к чему такое упорство?

Я тихонько кашлянула, и кастрюля, подпрыгнув на плите, сменила подгоревший цвет и бесчисленное количество комочков на нормальный, и поплыла разливаться в тарелки.

– Наконец-то, - проворчала Вера. Игорь скрестил руки на груди, недовольный моим вмешательством.

– А мне?
– подала голос Рита, закончившая шнырить в холодильнике.

– Самообслуживание, - отрезала я под возмущенные взгляды Игоря и Саши. Марк только усмехнулся.

– Это вот так ты хочешь попросить меня об одолжении?
– обиженно отрыгнула Рита, поглаживая свой необъятный живот, и голодными глазами глядя на тарелки с кашей, которые девочки опасливо отодвинули от нее подальше.

– Конечно, нет, - елейным голоском ответила я. Вспомнив, что я от нее хотела, я подавила раздражение, и тарелка с кашей и самой большой ложкой, которой позавидовали бы даже медведи из сказки, мягко опустилась на стол перед ней.
– Сиропчика?

– Ага, - улыбнулась Рита, довольно потирая руки.
– И тостики с джемом.
– Я возмущенно открыла рот, но вмешался Игорь.

– Я сделаю. Сколько тебе?

– Семь-восемь, - ответила она, поливая кашу сиропом.
– А можно и десять. Смотря, с каким джемом. Я люблю яблочный.

Тут даже Игорь не смог удержать беспристрастное выражение на лице. Он посмотрел на виновато стоявшего позади Риты Сашу, и пожал плечами. Да уж, с таким аппетитом Саше нужен был не мешочек на удачи, а скатерть самобранка высшего качества.

– Все, я готова.
– Затолкав десятый тост в рот, Рита выбралась из-за стола.
– Ведите!
– Саша взял ее под руку, и мы всей компанией отправились в гараж.

– А вы куда собрались?
– Игорь строго посмотрел на Аню и Веру, замыкавших шествие.

– Мы с вами хотим, - ответила Вера, и Аня согласно закивала.

– Наверх! Живо!
– Сообразив, что спорить бесполезно, девочки поплелись к лестнице.
– Любопытные, какие!
– проворчал он, после того, как громко хлопнула дверь их спальни.

– Фу!
– сказала Рита, даже забыв отрыгнуть.

– Это еще мягко сказано, - заметил Игорь, глядя на приличных размеров кучку, мирно лежавшую возле моего мотоцикла и благоухающую на весь гараж.

– Батюшки!
– Федя сонно высунулся из веника.
– Уснул!