– Тише. Тише. – Тауш осторожно коснулся ее руки.
– С ним она бы не посмела сделать такое. Он же из Братства!

Ива, не говоря ни слова, отдернула руку и, пошатываясь, пошла прочь. Бродила кругами по ночным садовым дорожкам, боясь остановиться. От тьмы веяло холодом одиночества и тоской. Застыли звуки, исчезли запахи и цвета. Ветки хлестали по лицу, запиналась о клумбы, но она ничего не замечала. Жизнь замерла.

Очнулась, когда выскользнувшая из зарослей темная фигура встала перед ней, преграждая дорогу.

– Ло?! – вздрогнула сестра, разглядев высокую мужскую фигуру, облаченную в черный плащ, и улыбающиеся тонкие губы.

– Ло! – обрадованная нежданным счастьем, шагнула навстречу, протянув руки.

Но удар по лицу, в переносицу вывел из наваждения резкой болью и противным хрустом. Размазывая хлынувшую теплую кровь, Ивая пыталась сосредоточиться. Незнакомец продолжал наступать, а она, оглушенная ударом, плохо соображала.

– Увы, нет, – изрек хриплый, грудной голос. – Обозналась.

– Кто ты?! – Ива инстинктивно отступала.

– Какая разница. Но если хочешь познакомиться… - почти молниеносный удар нападавшего Ивая успела отвести, но пропустила сильный удар в бедро, – …пойдем со мной.

Упала, оглушенная болью, но упрямо продолжала ползти, чтобы не попасть под ноги.

 «Не справлюсь! Он сильнее!» - даже в страхе она мыслила спокойно и четко. Убегать было не в ее характере, но умом осознавала, против него не выстоять. По сравнению с его огромными ручищами, ее кулаки казались миниатюрными.

– Куда!? Я долго тебя искал! Не сиделось на месте?

Он надвигался. По злым глазам и жесткому оскалу Сестра чувствовала: сейчас нанесет удар ногой.

«Один пинок, и я не поднимусь!»,– застучали зубы, но страха не испытывала, только сосредоточенность и отстраненность. Даже боль быстро прошла.

– Это ты сорвал! – догадалась она.

– Не понимаю, о чем ты! – осклабился незнакомец и занес ногу.

 «Или перехватываю, или конец!» - поняла Ивая и вцепилась окровавленными пальцами в стопу, выворачивая в вбок. Нападавший потерял равновесие и рухнул. Она успевала дотянуться только до его паха.

После короткого удара человек истошно заорал.

Воспользовавшись замешательством, Ива вскочила и бросилась бежать. Но почти сразу же услышала за спиной злое сопение.

Он был выше, сильнее и бежал быстрее, и расстояние неминуемо сокращалось.

Ива начала петлять, перескакивать через кусты, однако преследователь не отставал.

Последней возможностью оторваться была аллея с разросшимися колючими кустарниками. Однако она и сама рисковала. Острым шипам размером с палец безразлично, кого рвать, но это был шанс. Закрыв ладонями глаза, прыгнула в разросшуюся гущу.

От потрясения она даже не заметила, как острая ветка вошла в плечо иглой. Стиснув зубы, ползком двигалась прочь, как можно дальше от орущего преследователя, который прорывался через шипастую паутину.

Внизу, у самой земли колючие стволы были заботливо обрезаны Братом Таушем, чему Ивая была несказанно рада. Оберегая глаза, выбралась из зарослей на четвереньках и спряталась в дренажной канаве, осторожно продвигаясь по ней. Она бы бросилась бежать и кричать во все горло, если бы не опасалась, что злодей пришел не один.

Ползком двигалась, как можно дальше, надеясь скрыться в глубине сада, чтобы попасть в Цитадель по стоковым камням, выходившим на широкую крепостную стену.

Медленно, прислушиваясь к каждому шороху, ползла по стене. Светлело, и она становилась все более заметной. Тело ныло, и саднили многочисленные раны, но Ива старалась не обращать внимания.

Услышав голоса, распласталась и напряглась. Но на счастье, это оказались Братья.

Свесившись со стены, Ивая отчаянно замахала руками, привлекая внимание.

Раньше, чем Иваю успели донести до площади, и разошлась весть о нападении, с окна свесилась сестра Шазава и закричала что есть мочи:

– Братья Долон и Кинтал в подземелье! Бокаса держит их в подземелье!

Вестница не обладала зычным голосом, но в утренней тишине был слышен даже тонкий писк.

Весть в один миг разлетелась по крепости, пробуждая бурный гнев и негодование, и на главной площади стала стремительно расти толпа.