– Конечно! Знаешь, как мы визжали, когда с той ванной выскакивали! И каждая потом делала страшные глаза и спрашивала у подруг: Ты видела, да? Нет, ты видела?

– А ты видела?
– спросил Арсений, сделав примерно такие же большие глаза.

– Конечно, видела! Прямо как выпрыгнет из угла на зеркало за конфетой!
– и она изобразила Арсению это как смогла.

– Вот видишь, что сладенькое с хорошими людьми делает! Превращает в страшных чертей!
– посокрушался Дэн.

– Так это не всех, а только таких глюкозозависимых, как ты, - ответил ему Арсений.

– Бу!
– сделал Дэн над Арсением руки, как показала Ева.

– Ты видела, да? Нет, ты видела?
– толкнула Еву в бок Изабелла.

– Ужас!
– прикрылась рукой от мнимого ужаса Ева.

– Ну, у кого есть зеркало?
– спросила, вставая Изабелла.

– Лично я иду за конфетами, - тоже вставая, сказал Арсений.

– Я с ним за конфетами!
– сказал Дэн и отправился следом за Арсением.

 - Готова поспорить, они побежали в туалет, - улыбнулась, вставая, Изабелла, - Кстати, один прямо вот здесь за углом, представляешь?
– обратилась она к Еве, - И еще одни вон там, с той стороны гостиной.

– То есть до библиотеки идти было не обязательно?
– улыбнулась Изабелле Ева.

– Абсолютно, - развела она руками в ответ.

– А до библиотеки, видимо, не близко?
– спросила Вики.

– Да, но про другие ванные комнаты я тогда не знала и повела Еву туда, - пояснила Бэл.

– Хорошо, что теперь знаешь, - улыбнулась, вставая Вики, - Куда ты сказала? Через гостиную?

– Да, пошли!
– ответила ей Изабелла, и девчонки гуськом потянулись в указанном направлении.

Туалет оказался как раз за поворотом той стены, на которой висели гравюры. В ожидании своей очереди Ева смотрела на сад, разбитый перед замком на одном из рисунков. Тот, что она видела сегодня, даже в снегу, даже с затянутыми на зиму в ткань кустами, был лучше. На второй гравюре она замок вообще не узнавала. Слишком из большого количества зданий он состоял, а привычного квадрата с четырьмя круглыми башнями по углам не было. Была здесь еще и третья картинка: каменный мост через заполненный водой ров. И два крошечных путника стоят, задрав головы на замок. Ева встала на цыпочки, чтобы их лучше рассмотреть.

– Что увидела?
– спросила подошедшая Виктория.

– А немаленький был замок. Даже с каменным мостом, - ответила Ева.

И ей показалось, что один из нарисованных человечков поднял руку, чтобы заслонить от солнца глаза.

– Прямо как жив...
– не успела она закончить, когда прямо перед её глазами оказались пыльные камни мостовой, на которой стояли двое монахов в коричневых рясах.

– Что?
– прозвучал где-то совсем далеко от Евы голос Виктории.

Она выдохнула и оказалась снова там, где стояла.

– Прямо как живые, - сказала Ева, не в силах оторвать глаз от крошечных фигурок и понять, что это было.

Виктории ничего не оставалось, как тоже уставиться в ту же рамку.

– Похожи на монахов, - сказала подошедшая сзади Изабелла.

– Они и есть монахи, - ответила Ева рассеянно, - только рясы у них какого-то странного цвета.

Виктория посмотрела на нее подозрительно:

– А какого цвета должна быть одежда на черно-белом рисунке? Я вижу черный. Вполне себе подходящий цвет даже для монахов.

– А на самом деле они рыжие, - ответила Ева и посмотрела на девушку.

– Что значит на самом деле?
– не поняла Вики.

– Ты хочешь сказать, что эта гравюра тебя впускает?
– сказала Изабелла.

– Ещё как! Я чуть не сбила этих двоих с ног, если бы вошла, - подтвердила ее догадку Ева.

– Но как?
– Белка посмотрела на Еву, потом на стоящую рядом Викторию, - Ладно, я знаю, что надо сделать!

И она уверенно взяла за запястье сначала Еву, а потом и Викторию:

– Давай!

Ева сосредоточилась на путниках и, набрав полную грудь воздуха, вновь увидела те же камни под ногами.

– Святая Ункумбера!
– сказала Виктория вслух и тот монах, что был ближе к ним, повернулся на звук ее голоса.

Они непроизвольно отпрянули, и Ева потеряла контакт с изображением.

– Он же слышал тебя!
– возмущённо сказала Белка.

– Я знаю, знаю, прости, - растерянно оправдывалась Вики, - но я никогда такого не видела! Ты что вен?