– Ешь с хлебом, а то не наешься!
– улыбнувшись, поучал Дэн.

– Кроме хлеба, мне просто ничего и не достанется, - пробубнила Ева с набитым ртом.

– Неправда!
– и Дэн поменял её пустую тарелку на полную.

– О, у нас две тарелки картошки?
– удивилась Ева тому, что не заметила этого раньше.

– И ещё три булочки!
– успокоил её Дэн.

– Так какой у нас план?
– поинтересовалась Ева, приступая ко второй тарелке, - У нас же есть план?

– Конечно, у нас есть план! Завтра утром ты соберёшь свои вещи, и я отвезу тебя домой. И твоя основная задача - ничего не забыть!

Ева хотела посмотреть на сумку со своими малочисленными вещами, но в неровном пламени свечи она видела только край кровати. И толи на неё стало действовать вино, толи этот магический свет, толи близость этого заботливого парня, но она и правда перестала беспокоиться. Обо всем. Она смотрела как в его глазах дрожит пламя и неожиданно сказала вслух:

– Я правильно поняла, что я не должна ни о чём беспокоиться пока ты рядом?
– он кивнул ей с набитым ртом, не глядя на неё, но она продолжила, - Но должна ли я беспокоиться о том будешь ли ты рядом?

Она смотрела пристально, даже немного с вызовом. Он среагировал мгновенно, бросив есть и встретив её взгляд. И глядя ей прямо в глаза, сказал:

– Всегда! Отныне и всегда я буду рядом с тобой! Только с тобой! Пока ты этого хочешь.

Он молчал и не сводил с неё глаз. Он ждал ответа, хотя ни о чём не спросил. Ева боялась, что голос её предательски дрогнет, в горле стоял ком, потому что ей хотелось расплакаться от счастья.

– Наверно, это единственное, чего я действительно хочу. Чтобы ты всегда был рядом!
– и глаза её всё же наполнились слезами.

Она моргнула и опустила глаза, а потом снова посмотрела на Дэна, которого сквозь слезы видела теперь расплывчато.

– И мне уже нравится ни о чём не беспокоиться!
– она улыбнулась, но не знала, что ещё сильно ошибается на свой счёт.

Когда и куда он уже успел пристроить тарелку, Ева не поняла. Он просто обнял её обеими руками, притянул к себе и поцеловал. Голова у Евы закружилась. А в её единственной здоровой руке была зажата грязная вилка. Она просто бросила её незаметно на кровать за его спиной и обняла его за шею. Она боялась, что зацепится ногой за тумбочку, которая стояла слишком близко к кровати. Боялась, что где-то между ними может оказаться тарелка с едой. И больше всего боялась, что в палату кто-нибудь войдёт. Она видела очертания закрытой двери даже в неясном пламени свечи. Но когда руки Дэна стали слишком требовательными, страх пересилил желание, и она отпряла назад.

– Прости, я не могу! Я боюсь, что кто-нибудь войдёт! - она опустила глаза и на всякий случай поискала тарелку с недоеденной картошкой. Увидев её на тумбочке, Ева немного успокоилась и виновато посмотрела на Дэна.

– Я уже говорил, что ты не должна ни о чём беспокоиться, когда я рядом? – улыбаясь, спросил Дэн, доставая что-то из кармана.

– Никогда!
– тут же убедительно округлив глаза ответила Ева.

– Так знай! Ты можешь ни о чём не беспокоиться!
– он протянул ей ключ и стал наливать в фужеры вино.

– Это то, о чём я думаю?
– красноречиво переводя взгляд с ключа на дверь, спросила Ева.

– Да, дорогая моя, - сказал Дэн, протягивая ей фужер.

– Но, когда ты успел закрыть дверь?
– удивилась Ева.

Он улыбнулся, достал из-за спины брошенную Евой вилку, протянул ей.

– Ещё будешь что-нибудь этим есть?

– Пожалуй, возьму ка я булочку!
– сказала она, изображая свою непричастность к этому предмету.

– Я так и думал, - и он как ни в чём ни бывало положил вилку на поднос.

Ева подумала, что это третий бокал. А третий тост обычно за Любовь. Но тема была опасной, не хотелось говорить большего, чем уже сегодня было сказано.

– Можно я скажу тост?
– робко спросила она.

– Тебе все можно, - улыбнулся Дэн.

– Я хочу выпить за эту деревню. Здесь я провела лучшие дни своей жизни. Здесь я встретила тебя, - и голос её всё же предательски дрогнул.

– Здесь ты стала другим человеком, в полном смысле этого слова, - поддержал Дэн, - чему я несказанно рад. Я тоже встретил тебя здесь! Я с удовольствием выпью за эту деревню!

– За Сосновку!
– подытожила Ева.

– За Сосновку!
– протянул к ней свой бокал Дэн.

Она снова выпила до дна. В знак своей любви и уважения к этому скромному и так горячо ею любимому месту. И казалось, она лишь на секунду задумалась, а когда хотела поставить бокал, тумбочка уже оказалась от кровати на безопасном расстоянии. Ей пришлось встать с кровати, чтобы отнести бокал. А когда она повернулась, её встретили его руки. Горячие нежные и требовательные руки. И пьянея от его близости больше, чем от вина, она уже не могла, даже если бы захотела, ни о чём беспокоиться. Он был с ней! Он обещал, что всегда будет с ней! И это единственное что ей нужно было знать!