– Но ведь это ребенок Дэна? – с сомнением посмотрела на него Ева.

– Теперь да, - ответил Феликс.

– Что значит, теперь? – не понимала Ева.

– Ты изменила прошлое, - сказал он, улыбаясь и уходя вдаль навстречу садящемуся за ярко-изумрудные холмы солнцу, - Это ребенок Дэна.

– Подожди, Баз, - кричала ему вдогонку Ева, - От кого она беременна?

– Это не важно! Теперь это знает только один человек, - прокричал он ей издалека.

– Кто? – кричала ему Ева, но он ушел, так и не ответив.

Когда Ева открыла глаза, за окном уже серело утро, два монитора всё так же слажено пищали, они с Изабеллой были одни. Их разделили, оставив на сгибе руки лишь одинаково белые бинты, и Ева не помнила, как это было. Она подняла глаза на Изабеллу – оказалось, она тоже проснулась, и она плакала, не вытирая слезы и не поднимая на Еву глаза.

– Бэл, - обратилась к ней Ева.

– Зря ты это сделала, - тихо сказала Изабелла, - Я не хочу жить. Я не смогу с этим жить.

– С чем, Бэл? – повернулась к неё Ева.

– Он переспал с ней, понимаешь? – подняла девушка на подругу полные слез глаза, - В первый же день. А мне говорил, что выдержит.

И она снова уткнулась лицом в подушку.

– Бэл, ты думаешь, что Арсений переспал с Викторией? – чтобы уж не оставить места недоразумениям, уточнила Ева.

– Да, Ева, да. С ней переспал, а со мной не захотел! Потому что я уродина, я буратино, я монашка! А с ней в первый же день знакомства! И Ева, - завыла Изабелла, - она беременна. Я не знаю, как это возможно, но она уже беременна от него.

– Откуда ты это знаешь? Он сам тебе об этом сказал? – строго спросила Ева.

– Нет, там у тебя на кухне я воспользовалась Дорогой Любящего Сердца, - и я всё видела своими глазами.

– Какой еще Дорогой? – не поняла Ева.

– Господи, Ева, неужели ты и этого не знаешь? Если ты любишь кого-то, то можешь просто подумать о нем и окажешься рядом. А если ваши чувства взаимны, то он почувствует тебя, и ты сможешь выйти. Так влюбленные могут встречаться где бы они не находились и какие бы расстояния их не разделяли.

Ева понимала, о чём она говорит, только не знала, что так называется именно это.

– А если чувства не взаимны? Что происходит тогда?

– Ничего не происходит. Ты его и не увидишь, и не найдешь. Хотя некоторые говорят, что можно наблюдать, но выйти всё равно не сможешь. Но я не знаю.

– Зачем же ты сделала это вчера? Хотела проверить ваши чувства?

– Не знаю, Ева. Честно не знаю. Я вдруг засомневалась люблю ли я его.

– Это из-за Феликса? Ты прямо сама не своя была.

– Да, скорее всего, - вздохнула Изабелла.

– А ты бы смогла устоять против Феликса? – и Ева поднялась на локте и пристально посмотрела на подругу.

– Не знаю, эти азуры, - отвернулась Изабелла.

– Да, ты говорила, они обладают даром внушения, - сказала Ева скорее для себя самой, - Ну, или его им приписывают. Потому что Феликс кер.

– Да какой он кер, Ева? Самый настоящий стопроцентный азур, тем более не прошедший ни обряда посвящения, ни официальной инициации. Мало ли что наговорил ему его отец.

– И тем ни менее, он кер, - твердо сказала Ева, - А с Викторией спал не твой парень, а мой. И Виктория вовсе не шутила, когда сказала, что будет за него бороться.

– Что? – подняла голову Изабелла.

– Что слышала, - вздохнула Ева.

– Да не говори ты глупости, - возмутилась Изабелла.

– Тебе значит можно, а мне почему нельзя? – удивилась Ева.

– Я видела, - возразила Изабелла.

– Что ты видела? Конкретно, что? – Ева села. У неё закружилась голова, она почувствовала, что поднялась слишком резко, поэтому схватившись за голову тут же легла обратно.

– Как это может быть? Спросил он, а она сказала, что овуляция, и стала показывать ему тест, - вспоминала девушка, - и сказала, что поэтому она была настойчива, но он может приходить, когда хочет, если захочет.

– И из этого ты сделала вывод, что он уже приходил и это его ребенок? – недоумевала Ева, - она понятия не имела что на самом деле видела Изабелла, только со слов девушки, но она была уверена, что Арсений там совершенно ни при чём, - Наверняка, он просто хотел уточнить не обманывает ли она его драгоценного дружка, симулируя беременность.