– Ошивался неподалёку ты явно неспроста, так что увильнуть не выйдет. Что стало с фагором? Говори м-мразь...

– Дэмудам запрещено...

– Уже слышала. Хочешь, чтоб выбила последние мозги?

Дэмуд зашипел, переходя на рычание, и кожа вокруг странных круглых глаз стянулась, вовсе закрыв их.

– Жрут моих животных, - слова еле просачивались сквозь стиснутые зубы, - рвут мои травы, корчуют мои деревья, ходят по моим...

– Да у тебя целый псих-букет в голове. Собственник нашёлся!

– Я дух этого леса!!!
– бешеный вопль заставил Вдову невольно податься назад. Расширившиеся на полморды глаза в обрамлении красноватой прилежащей кожицы внушили бы ужас кому угодно - Шеа только поморщилась.

– Да, душок от тебя еще тот веет. Так ты у своей братии самый главный? Стало быть, Ваше Величество точно в курсе последних событий.

Дэмуд упрятал буркалки в складках своих сверхподвижных век и замолк.

– Ты меня сейчас выведешь, гад...

Шеа чувствовала, как воздух вокруг неё холодеет, наливается сумраком. Дэмуд тоже почувствовал: точечки глаз расширились до размера горошин, а черты и без того косоватой морды исказились в панике. Вдова знала, что он видел - то, что люди могли лишь невнятно краем сознания ощущать, то, что заставляло их держаться подальше.

На худосочное тело лесного "духа" вновь напала трясучка, выражение злобы и упрямства в глазах в мгновение ока улетучилось в неизвестном направлении.

– Ф-фы-фы...

– Да, да? Я слушаю.

– Жи-живой...

– Кто? Фагор?

В ответ судорожно кивнули.

– А ради чего тогда был устроен весь этот цирк? Если бы вы его сожрать хотели, я б ещё поняла...

– Хотели, но н-нельзя. Дэмудам запрещено уби...

– Хватит! Заладил. Ты не ответил на вопрос.

Дэмуд посерел и задрожал так сильно, что Шеа приняла это за начало припадка. "Если наш болезный сейчас умом тронется, то пиши пропало - и парня не найду, и во всей этой чепухе берёзовой не разберусь. Надо срочно выводить животинку из шока". С этими мыслями она несколько раз крепко хлестнула истерикующего лешака по щекам.

– Что вы задумали? Зачем подделывали тело?

– Хотели защитить себя и лес...

– От чего?

– От... зверя.

– Какого ещё зверя! Жор дери твою душу! Мне из тебя по слову в час вытягивать?

– Ты знаешь. Ты носишь... его... в себе.

Шеа сузила глаза, молча вперив взгляд в дэмуда, замершего с лицом смертника перед плахой. Она чувствовала, как в ней клубится грозовыми облаками ярость и жажда рвать в клочья, подступает к горлу рыком, воем - но нет, пока было не время и не место для купания в крови врагов.

– Зачит, я играю не последнюю роль в вашем театре. Какая честь. Своими руками расправу учинить побоялись?

– Мы тебя видим...

– Себе на голову, - отрывисто бросила Шеа, плавным движением поднимаясь на ноги, и вздёргивая дэмуда.
– Верну себе одежду, а потом поведёшь меня к фагору.

Она не стала добавлять, что выходок вроде попытки сбежать, не потерпит - лешак и без того пребывал в состоянии полнейшего повиновения и обречённости.

Шли в молчании. Шеа подталкивала плетущегося впереди пленника и прислушивалась к звукам леса. Если ощущения ее не подводили, а этого ещё никогда не случалось, то следом за ними, скрываясь в траве, за деревьями и даже под землёй двигались многочисленные дэмуды, переживая за "его Величество", но не в силах преодолеть страх перед его конвоиром. Вдова же пребывала в мучительном напряжении, так как опасалась внезапной атаки со стороны всей оравы. И пугало её не то, что она может не одолеть противника, а то, что она, скорее всего, победит. Вот тогда поздно будет говорить себе, что те сами нарывались. Но опасения Шеа, к счастью обеих сторон, не подтвердились, и до прогалины все добрались без приключений.

Застёгивая пуговицы короткого плаща, Шеа почувствовала, как дэмуды вдруг прыснули в стороны, уходя вглубь леса. Спустя две минуты причина их поспешного исчезновения открылась и Вдове - к поляне приближались охотники, и было их больше дюжины.

– Уйди за Ткань, но от меня ни шагу, - коротко бросила она дэмуду, и тот мгновенно испарился - только по лёгкому ознобу, залёгшему между лопаток, она могла определить присутствие рядом некой сущности.

Женщина пока не видела направляющихся в её сторону охотников, но чуяла запах выделанных кож, дыма и... пороха. "Ого, кто-то разжился огнестрельным оружием!" Оставалось понять, что такого стряслось, что вся эта вооружённая до зубов толпа мчится к прогалине. Очевидно, ничего хорошего. Сознания коснулось скользкими лапками весьма гадостное предчувствие, и желудок свело судорогой. Шеа напряглась. В этот момент за деревьями показались люди - первыми шли трое с длинноствольными ружьями, вскинутыми наизготовку. На правом рукаве у каждого ярким пятном выделялась сиреневая лента с вышивкой. Солнечный клевер. "Вот те на. Вас тут только не хватало". Ловчих уже узнавали издалека. Сомнительная организация, балансировавшая в тени закона на самой грани. Основные цели - "охота на полуночных тварей". Одни говорили, что Ловчие без стыда и совести прикрываются имперской религией и церковью, а другие шептались, что церковь сама их прикрывает. Как бы там ни было, появление этих типов в Малом Наре перемен к лучшему не сулило. Лишь увидев, как изменились выражения лиц, едва они рассмотрели её, стоящую посреди прогалины, Вдова поняла, что приветствий не последует. Одновременно раздалось три оглушительных выстрела, взлетели с ветвей испуганные птицы, и, уворачиваясь от пуль, Шеа увидела боковым зрением блеснувший белым росчерк у левого виска. "Серебро?! Вы что издеваетесь?" Не испытывая судьбу, она шагнула за Внешнюю Ткань. До неё донеслись приглушённые возгласы, ругательства и сумбурные команды.

– Ищите ведьму! Куда она делась?

– Она за Тканью.

– Так вышвырни ее оттуда!

– Не могу. У меня не та квалификация. Я не владею переходом.

– Кого они прислали на мою голову...

– Не заговаривайся!

Оставив охотников разбирать приоритеты, Шеа оглянулась в поисках дэмуда, и кулаки её непроизвольно сжались - хотелось сомкнуть пальцы на кое-чьей тонкой шее. Зеленоватый туман свежего следа вёл прочь от прогалины. От страха у его Величества мозги окончательно отказали. Оставляя подобный след, не очень-то скроешься от погони - какой в таком случае смысл бежать? А смысл, скорее всего, заключался в том, что туман был оставлен намеренно, дабы привести Шеа туда, где её будет ждать неприятный сюрприз - один из многих в этой бесконечной череде. Что ж, выбора у неё особого не было. Либо она возвращается в Малый Нар вместе с живёхоньким Тритом, либо ей вскоре станет некуда возвращаться. Неиначе Марика поделилась-таки с кем-то своими неведомыми страхами, в результате чего события начали развиваться в соответствии с планом дэмудов.