— Так, что здесь вкусного? — спросил он. Его бостонский акцент явно прослеживался, в его речи не хватало буквы “Р”, прямо как у Бракса, вот только… мягче, тише. У него был такой голос, на который собеседник должен обратить пристальное внимание, иначе можно вообще не понять, о чем он говорит.

Я не могла поверить, что он разговаривает со мной. Пожала плечами, сделав вид, что он вообще ни капли не интересен и, подняв вверх свой сандвич, сказала:

— Индейка?

Он ничего мне не ответил, просто взял три сандвича из холодильника, его дымчатые глаза были прикованы ко мне, затем он наклонил голову ближе:

— Кейн МакКарти.

Я посмотрела ему в глаза, поразившись, как его голос захлестнул меня, накрыл теплой волной, от его голоса у меня закололо кожу. Я буквально заставляла себя дышать, ведь я не привыкла к таким ситуациям. Обычно парни не заморачиваются и не подходят ко мне, чтобы только познакомиться. Я в этом убедилась. Но препираться с Кейном не стала. Я имею в виду, в конце-то концов, Кейн был моим потенциальным парнем для реформы. Ведь так? Слова Мерфи так ясно прогремели в моей голове, как будто она стояла у меня за спиной: Измени это чудовище! Я продолжала дышать, затем улыбнулась и ответила:

— Харпер Бель.

И вот опять, его взгляд смягчился, и когда мы подошли к кассе, он кивнул кассирше и склонил голову в мою сторону. Прежде чем я успела сказать хоть слово, кассирша пробила наши заказы вместе, и Кейн протянул ей двадцатку.

Я смущенно на него посмотрела:

— Ой, нет, все в порядке, я заплачу сама, ты не должен…

Кейн посмотрел мне прямо в глаза:

— Нет, — тихо ответил он. — Я должен.

— Спасибо, — сказала я и испуганно огляделась, чтобы удостовериться, что жест Кейна остался незамеченным. Насколько я могла судить, никто не заметил, кроме кассирши, которая резко на меня взглянула. Что, черт возьми, Кейн МакКарти хочет от меня? Я сжимала в руке купюру в пять долларов, несмотря на то, что сэндвич и лимонад стоят всего лишь три, чек за все лежал поверх сандвичей Кейна. — Но я не нуждаюсь в благотворительности, особенно от незнакомцев, — быстро развернувшись, я направилась на выход. И уже дошла до двери, когда его большая рука открыла дверь, пропуская меня вперед, я молча вышла на улицу, он пошел за мной.

— Мы не незнакомцы.

Я совершила ошибку, посмотрев ему прямо в глаза. Ведь я не должна была этого делать, мне нужно было просто идти вперед, но я этого не сделала. Его полные ярости глаза вспыхнули, и он посмотрел прямо на меня, как будто мы могли разговаривать без слов, одними лишь переглядками. Но мы просто… просто стояли и смотрели друг на друга. Раньше я ни на кого так не реагировала. Никогда. Ни на кого. Карие глубины его радужки казались бездонными, возможно, скрывающими тайны, прямо как и мои собственные глаза.

Я кашлянула, перевела взгляд на тротуар у себя под ногами и направилась в сторону кампуса. Сумерки быстро опускались, принося с собой темноту.

— Конечно же, незнакомцы, — сказала я.

— Мы встречались раньше, — продолжил он тихим, ровным голосом. — Ты показывала мне дорогу до обсерватории и.... — я снова посмотрела на него, и его губы дернулись. — Ты дружишь с моим братом и его девушкой, — он мотнул головой в сторону кафе. — Я представился тебе там и ты тоже, — он наклонил голову, чтобы посмотреть на меня, и его губ коснулась улыбка. — Все. Мы больше не незнакомцы.

Я пошла быстрее, пересекая парковку в неположенном месте, лишь бы быстрее добраться до своего “Лексуса”. Я взглянула на него и сказала:

— Ладно, мы знакомы. Но я все же не привыкла принимать подачки, даже от друзей, — я смотрела ему в глаза. — Я не люблю быть кому-то должной. Кроме того, мы знакомы всего-то десять минут.

Он рассмеялся:

— Подачки? Я ведь просто… — он вздохнул. — А, неважно. Почему ты так торопишься?

— Я опаздываю на собрание, — соврала я и как всегда в таких случаях почувствовала себя загнанной в угол. Готовой сорваться с места и побежать, что есть сил. Кожу стало покалывать, я уже собралась бежать.

Дыши, Харпер. Просто дыши. Не впускай их. Не дай им себя найти.

Он просто никто.

Еще один глубокий вдох, незаметный для него, и мне удалось стряхнуть с себя ощущение надвигающейся на меня угрозы — замешательство, прорехи в памяти. Коринн Бель называет это неестественным поведением. У меня уже давно этого не случалось. Но в течение нескольких секунд Кейну МакКарти практически удалось вызвать эти чувства во мне. Я старалась дышать медленно, контролируя каждый вдох и выдох. Пытаясь сконцентрироваться на настоящем. Запихивая изо всех сил то безумие, которое назревало внутри меня и грозило вырваться наружу. Я остановилась возле своей машины, достала ключи и нажала на кнопку открытия дверей. Кейн стоял рядом.