– Ого, - парень осторожно поднял руки, - ну и реакция у вас! У нас говорят: одно неловкое движение, и ты отец, а у вас - покойник!

– Шутишь, навигатор? Это хорошо! Мы тоже любим пошутить!
– из тени на Пашку выдвинулась мощная фигура.

Отсвечивая краснотой глазных имплантов и щелкая титановым протезом нижней челюсти, поигрывая мощными мускулами голых рук, вояка навис над парнем. Пашка напрягся, выдерживая тяжелый взгляд, первый раз он смотрел на противника снизу-вверх, руки потихоньку отпустил, кулаки сжал. Погасли прицелы, почувствовал: сейчас убивать не будут, будут бить! Не потому что плох, обидел или оскорбил кого, а просто так чтобы пар выпустить. Драться Пашке было не привыкать, иногда бил сам, иногда бывал бит, но тут размажут и не поморщатся. Как с ними договариваться, если сначала покалечат, только потом спросят зачем пришёл?

– Отойди от него, Страх!
– раздался сиплый голос из угла, - Бить навигатора на его же корабле себе дороже! Пусть сначала скажет с чем пожаловал!

– Можно я чуть-чуть! Калечить не буду! Просто стукну!
– прощелкала громадина.

Пашка ждать больше не стал, ударил первым. Кованным ботинком в пах. Нечестно, но какая честь, если с одного удара убьют и не поморщатся. Противник охнул и согнулся.

– Вот тварь!

Второй удар по корпусу в печень, там, где у человека обычно печень. Пашка ошибся с расчетом, пресс у Страха оказался закован в металл. Только костяшки сбил и удар в челюсть пропустил. Одного его хватило для нокаута, улетел в угол. Вот они и искорки, и голос как будто из далека:

– Вставай слабак!
– и пинок под ребра.

По сравнению с прежним легонький такой, ласковый. Ребра затрещали, но не сломались.

– Всё хватит, Страх! Отойди от него!
– громадина что-то пробурчала, Пашка не разобрал что, - Свет врубите! Осмотреть его нужно!

Яркий свет с потолка брызнул в глаза.

– Живой?
– Пашку ловко подхватили и усадили на чей-то лежак, прислонили к стенке.

В голове кружилось и шумело. Взгляд никак не хотел фокусироваться. К носу поднесли что-то вонючее, не нашатырь, но не менее противное. Закашлялся и слезу вышибло, сознание прояснилось.

– Это хорошо, что живой!
– рядом с Пашкой присел солдат.

Густая борода, серьга в левом уже, бандана повязанная на голове и черное бельмо на глазу придавали ему разбойничий вид. На обычного человека с земли он был похож больше Краса. Черная майка, камуфляжные штаны и тяжелые ботинки.

– Поговорим?

– Поговорим, - Пашка с трудом ворочал языком, разбитая губа саднила, щека опухла.

– Зачем пришёл?

– Не драться точно!
– сплюнул кровь на пол.

Кто-то протянул ему промасленную тряпку утереться. Тряпка воняла смазкой, похожей на обычное машинное масло.

– Ты же первый ударил!
– развёл руками бородатый, - Без обид?

– Ага, - процедил Пашка и добавил, - почти...

– Вот и отлично! Вот и поговорили! Я надеюсь, - он заговорил громче, - у нерка к нам никаких претензий?

– Как у нерка - я не знаю, - отозвался Пашка, - Сейчас речь о другом.

– О чём?
– спросил бородатый, а прислушались к разговору всё бойцы.

– Я думаю все здесь понимают, что вам грозит всем в свете прошедших событий?

– Понимаем и что? Нам от этого понимания должно быть легче что ли?

– Не об этом речь!
– Пашка снова сплюнул на пол, - А речь о том, что я на вашей стороне! Сам бы удавил эту синюю гадину!

Бородатый прищурил единственный глаз:

– И что нам с того?

– Ничего, предлагаю объединиться и действовать сообща. Думаю, я найду способ надавить на Сълино и получить для вас индульгенцию.

– Чего?
– раздалось со всех сторон.

В этом хоре Пашка услышал и голос корабля.

– Я и не думал, что ты такие слова заковыристые знаешь!
– удивился корабль.

– Оправдательный документ перед начальством, грубо говоря, - Пашка через силу улыбнулся.

– Что от нас нужно для этого?

– Что бы кто-то из вас поприсутствовал при разговоре с синим - это раз и два прикрыть меня и помочь добраться до другого корабля.

– Не обманешь?

– Так я у вас всё время буду на виду! Не понравиться что-то, пристрелите!

– А как же капитан?
– бородатый дернул себя за косицу, торчавшую из бороды.

– Корвин?
– удивился Пашка.

– Нет, наш капитан Таллия, - голос подал Страх.

– Про неё и речь. Если не справимся она под трибунал первая пойдет.

Бородатый оглядел друзей. Задержался взглядом сначала на Красе, тот кивнул, согласен мол, потом зацепился за Страха, тот с сомнением сдвинул брови, но кивнул.

– Мы с тобой, навигатор!..

...Пашка стоял у двери в бокс, где был заперт Сълино. За спиной замерли Крас и Страх.

– Готовы?
– спросил он у них.

– Да!
– выдохнули оба.

– Как договаривались, чтобы было страшно, но без членовредительства! Это тебя громадина в первую очередь касается!