– Повторяй!
– голос не сомневался, что у них всё получится, - Код ноль! Угроза навигатору!

– Я приказываю открыть эту чертову дверь!
– зычно рявкать Пашка умел.

БО затрясся, но подчинился. Силовое поле растворилось. Парень выскочил за порог.

– Запри его!
– скомандовал голос.

– Но я должен доложить!
– в голосе у симбиота прозвучала обида.

– Доложишь, но позже!
– Пашка ловко втолкнул БО на свое место и активировал дверь.

– Дальше куда?
– парень оглядел лабораторию.

– На мостик. Они и там ещё. Никак не договорятся окончательно. Только бегом!

И Пашка побежал. Корабль командовал направо, налево, вверх, вниз. Бегом по длинным коридорам и переходам. Редкие члены экипажа с удивлением смотрели на то как их новый навигатор, громко топая, куда-то несётся.

У закрытой двери последнего коридора, который вел как раз на мостик дежурила вооруженная охрана. Пашка только сунулся к двери, как в его лоб уперся синенький огонек плазменного прицела.

– У нас приказ никого не пускать до особого распоряжения!
– прогундел один из солдат сквозь узкую щель активированного забрала.

– Я навигатор! И меня там ждут!
– попробовал рявкнуть Пашка.

– А у них приказ!
– хриплый голос отозвался из-за спины, - Ещё шаг и ребята откроют огонь на поражение!

Тихонечко гудел взведенный курок, и синяя точка грела лоб. Одно неловкое движение, и ты труп. Пашка скрипнул зубами и отступил.

– На твоём месте я бы отошёл ещё на шаг, от греха подальше.

Пашка глянул назад через плечо. За спиной стоял ещё один солдат, в потертых и мятых доспехах, но с поднятым щитком.

– Я навигатор! Они обязаны меня пропустить!
– настаивал Пашка.

Корабль как назло мочал.

– Это понятно! Только у парней приказ!

– Это правда, - прокомментировал тихонечко корабль, - они не члены экипажа и подчиняться тебе даже при коде ноль не обязаны, у них свой командир.

Пашка резко развернулся на магнитном каблуке. Смерил холодным взглядом собеседника.

– Это охрана, а ты кто? И что тут делаешь?
– руки по уставу он спрятал за спиной.

Помятый устало отозвался:

– Сменился я с поста. Уйти не успел, - глубоко посаженные карие налитые кровью глаза смотрели на навигатора с подозрением.

Рыжие кустистые брови тяжелой складкой почти сошлись на переносице. Узкие губы уголками вниз довершали безрадостный портрет.

– Раса?
– неожиданно для себя спросил Пашка.

Мужик так был похож на человека. Мучительно захотелось чтобы на этом корабле, в этом проклятом мире оказался кто-то свой. Пусть из далекого мира, но человек. Этого вопроса солдат точно не ожидал:

– Хьюманс, - рука в жесткой перчатке дёрнула зачехлённый бластер.

– Человек, - тихонечко уточнил корабль, - почти...

– Это хорошо, - выдал Пашка.

Почему это хорошо - не понял ни корабль, ни солдат. А Разноцветов почувствовал облегчение. Когда есть свои это такое облегчение!

– И много среди вас хьюмансов?

– Я один, - в голосе усталость мешалась с раздражением, - но гуманоиды почти все. Есть ещё пара меКанов, но Таллия их не жалует.

– Отлично!

– Почему?
– спросил корабль.

Пашка не стесняясь ответил:

– Со своими легче договориться!

– Чего?
– переспросил вояка.

Вмешался корабль:

– На мостик есть другой путь. Надо спешить, они почти договорились.

– Погоди!
– отмахнулся от голоса Пашка, - Зовут тебя как?

– По уставу или как? Как ребята?
– усмехнулся солдат.

– Как ребята, - Пашка прищурился.

Дураком он не был. Учиться не любил, зато читал запоем всё что было сначала в их небольшой сельской библиотеке, а потом в большой полковой. Книги могут многому в жизни научить, расширить кругозор. А ещё он любил и умел договариваться, за что его очень ценил командир в части.

– Крас.

– А меня Павел. Где сейчас остальные, кто с Талией прибыл?

– Как где? На транспортнике, - цокнул рыжий, - вы же к нашему приходу совсем не готовы! Ни казарм, ни отсеков, ни общего кубрика, как я понял здесь нет. Тренироваться тоже негде!

– Плохо, - Пашка уточнил, - плохо что не готовы. Пошли!

– Куда?
– Крас и корабль удивились в один голос.

– На транспортник! Мне с вами со всеми поговорить нужно. Только быстро!

– Пошли, - согласился Крас.