Маги попытались снова зажечь шары, но ничего не получалось. Магия просто перестала работать. Неожиданно в темноте послышался крик - затем еще один, и еще, и еще... Вивеус нервно озирался, пытаясь разглядеть происходящее вокруг него, но даже луна скрылась за облаком, оставив бога наедине с темнотой. Неожиданно стало тихо - так тихо, что Вивеус не слышал собственного дыхания. Резко посветлело - вновь под потолком бледно замерцали шары. Вивеус огляделся...

Повсюду валялись тела растерзанных Собирателей. В воздухе слабо мерцали тонкие черные полосы, похожие на ленты - они медленно втягивались обратно, в руки хозяйки. Сефирэ теперь стояла, глядя прямо на Вивеуса. Капюшон был откинут, и черные волосы рассыпались по ее плечам. Ярко-красные глаза будто светились в темноте. Ее лицо абсолютно ничего не выражало. Ленты вернулись ей в руку и исчезли.

– Печать.

Печать рассеивания охватила все пространство под потолком, мгновенно втянула в себя всех Собирателей и исчезла. В помещении остались только Вивеус и Сефирэ. О недавнем присутствии Собирателей напоминала лишь кровь, щедро залившая весь пол.

– Ты должен был прийти один. Это ведь только наш поединок, верно?
– холодно произнесла Сефирэ.

– В записке ничего подобного не говорилось, -в боге медленно нарастала ярость. Даже если он переживет этот бой, эта женщина играючи уничтожила всю его свиту - где он снова наберет таких хороших слуг? Хотя... Возможно, не так уж они были и хороши, если она так легко их всех убила.

– Разве?.. Что ж, в любом случае, теперь мы здесь одни, -Сефирэ улыбнулась. Ее улыбка притягивала, и эти странные глаза тоже. Она медленно пошла к нему. Неожиданно Вивеус понял, что не может двигаться.

– Ах ты!..
– он мысленно сотворил печать освобождения и вырвался из невидимых оков, затем резко отпрыгнул и вынул меч из ножен.

Сефирэ нахмурилась.

– А я уж подумала, что с тобой сработал такой простой трюк. Это было бы слишком легко.

Черным вихрем она бросилась в атаку. Полупрозрачные ленты потянулись к Вивеусу со всех сторон. Одним взмахом меча он перерубил их все. Сефирэ отпрянула, Вивеус ухмыльнулся. Теперь он окончательно поверил в свою победу и принялся наступать. Он взмахивал мечом, и каждый раз от лезвия отделялся яркий оранжевый диск, летящий к Сефирэ. Богине оставалось только уклоняться. Она не умела скрываться в подпространстве, потому просто отпрыгивала все дальше и дальше. Скоро Вивеус прижал ее к алтарю.

– Без меча ты ничто!
– радостно закричал он и занес свой меч, надеясь пронзить богиню. Лицо ее помрачнело.

– Тень.

Все накрыла пелена мрака.

– Не выйдет!
– Вивеус взмахнул мечом, и тьма рассеялась. Сефирэ нигде не было.

– Ну же, выходи! Ты ведь желала этого боя!
– Вивеус был вне себя от радости. Он уже считал себя победителем, ведь богиня не могла даже поцарапать его без лирвейского меча.

Эхом отовсюду раздался голос Сефирэ.

– Это ты сломал мой меч. Ты уничтожил самое дорогое, что у меня было. Ты уничтожил мои воспоминания о тех днях, когда все неожиданно стало другим - я так радовалась тогда...

– Перестань прятаться! Выходи! Где ты?!
– Вивеус крутился на месте, надеясь увидеть богиню.

– Я покинула Нижний Мир и пришла к другим богам. Все так хорошо ко мне относились, все радовались мне... Я тогда решила, что Алекс ошиблась, что она виновата во всем... Мне выдали мой лирвейский меч, знак моей принадлежности к божественной сущности. Я была счастлива тогда. Да, наверное, я была счастлива... Я так плохо все помню... А потом... Потом я поняла, что ошиблась. Поняла, что только Алекс и была мне верна. Моя подруга, моя наставница... Она покинула меня, и правильно... Столь чистое существо не должна марать чужая кровь. Она все просит Его о мудрости, думает, что ошибается, но на самом деле она просто остается человеком. Всегда. Я не могу находиться рядом с ней, ведь давно уже потеряла самое ценное, что у меня когда-то было - человечность. Я... порочна. Я - зверь, жаждущий крови, и мне... нравится это. Хаос терзает остатки моей души, и я знаю - он никогда не покинет меня. Он - моя часть...

– Перестань нести эту чушь и выходи!
– Вивеуса не интересовали чужие излияния.

– Да... Ты тоже давно уже не человек... Все боги таковы, ведь они - боги... А ты... Ты по-прежнему во мраке.

Она снова засмеялась своим жутким смехом. Вивеус почувствовал удушье и неожиданно все понял. В этот момент взявшиеся из ниоткуда плети выхватили меч из его рук и скрылись. Воздух странно замерцал, и удушье спало. Сефирэ снова стояла у алтаря. В руках у нее был меч Вивеуса.

– Жаль, но этим мечом я не убью тебя. Меч лирвов никогда не убьет своего хозяина. Он бесполезен для меня.

Богиня бросила яркий блестящий меч на пол.

– Плети!

Ленты налетели на меч, точно стервятники. Мгновение - и от яркой стекляшки осталась лишь пыль.

– Как ты...

– Знаешь, я так долго находилась во тьме, что познала ее так, как никто до меня. Не правда ли, забавно: ты думаешь, что все видишь, все контролируешь, а на самом деле ты находишься во мраке - он окружает тебя так плотно, что ты не замечаешь его...

Все это время Сефирэ одной рукой прижимала к себе небольшую сумку. Теперь она развязала ее, и блестящий осколки взметнулись в воздух. Богиня управляла ими, и они не падали, просто бездвижно зависли перед ней.

– Узнаешь? Это Риантайн. Мой меч. Или, вернее, то, что осталось от него... А у твоего меча не было имени?

– Я не занимаюсь подобными глупостями - раздавать имена стекляшкам не входит в мои заботы!

– Вот как...
– Сефирэ нахмурилась.
– Тогда мне больше нечего тебе сказать.