— Подумывала об этом, — сказала Лея. — Но потом я придумала идею лучше. — Она прошла дальше в комнату, показывая всем, что верёвка, которую она держала, была поводком. Она была привязана к золотому ошейнику, застёгнутому на шее слюнявого крайт-дракона, длиной меньше метра от острых рогов до кончика хвоста, покрытого шипами. Раздвоенный язык мерцал вокруг его желтоватых губ.

— Ургилуу! — завопил муун, выказывая первый настоящий признак тревоги. — Что вы с ней сделали?

— Ничего. — Лея опускала дуло бластера до тех пор, пока он не был нацелен на чешуйчатую морду дракона. — Пока ещё.

— Вы должны быть аккуратны, — настаивал муун. — Жемчужина, формирующаяся внутри неё, чрезвычайно хрупка — и любой порок развития во много раз уменьшит её ценность.

— Так вот почему ты так нежен с драконом? — спросил Хан с отвращением. — Потому что это может сделать тебе деньги?

— Какую другую возможную ценность могло бы иметь это существо? — презрительно спросил муун.

— Далеко не всё в жизни связано с деньгами, — сказал Хан. Лея резко бросила на него взгляд, не скрывая удивления. «Так вот что она по-настоящему думает обо мне», понял вдруг Хан. «Она полагает, что я похож на него».

— Не всё, — согласился Кенуун. — Только то, что действительно имеет значение. — Однако нельзя было отрицать беспокойства в его глазах, которые отслеживали каждое движение бластера Леи. По какой бы то ни было причине, он хотел, чтобы дракон оставался невредимым. Кенуун колебался.

— Бросьте ваше оружие, — наконец, сказал он. — Вы можете идти.

Охранники исчезли также быстро и тихо, как появились. Он протянул руку Лее. — Поводок, если вы соблаговолите?

— Вы будете сопровождать нас к кораблю, — сказал Лея властным тоном. Внезапно для Хана стало легко представить её на трибуне Галактического Сената. — Когда мы подготовимся к отбытию, тогда, и только тогда, я верну вашу собственность.

— Но я гарантирую ваш безопасный отход с планеты и из атмосферы, — умолял муун, а его пальцы непроизвольно сжимались, как будто хватали невидимый поводок.

Он пытался сохранить своё достоинство — во всяком случае, хотя бы попытаться.

— Я муун, в конце концов. Это будет достаточной гарантией, что я сдержу моё слово.

— Возможно, будет, — сказала Лея, потянув поводок так, чтобы крайт-дракон был вынужден встать на задние ноги. — Но я уверена, что нет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

— Ты же, на самом деле, не собиралась убить беззащитного маленького дракона, так? — ухмыляясь, спросил Люк. «Сокол» только что совершил прыжок в гиперпространство. Теперь финансовые коды Восстания лежали в сохранности у них на руках, а муун за секунду был выброшен далеко, каждый пребывал в хорошем расположении духа.

— Беззащитный? — фыркнул Хан. — Поведай это последнему парню, который, я знаю, связался с крайт-драконом. Конечно, возможен вариант одностороннего разговора, исходя из того, что он оказался разорван на кусочки.

— Я знала, что Кенуун сдастся, — сказала Лея, явно намекая на гордость. — Я встряла в разговор только для того, чтобы обеспечить вас какой-то подстраховкой, если вам нужно было это — но, когда засекла дракона, то вспомнила, что Хан слышал от гонщиков. Переговоры казались несколько лучше вариантом, чем прорыв с боем.

— Ага! — победоносно воскликнул Хан. — Так правда выходит наружу. К счастью, я всё-таки зашел в ту палатку, или я был бы не способен снабдить нас ключевой информацией.

— К счастью, ты вышел из той палатки живым, — возразила Лея, — согласно методу, которым ты действовал.

— Что насчёт тебя? — возразил Хан. — Прокрасться подобным образом в местечко Кенууна.

— А я всё ещё не могу поверить, что ты не понял, что Люк и я инсценировали тот довод для прибыли Кенууна. Ты действительно думаешь, что я выбрала бы драку с ним прежде, чем он собирался рисковать своей жизнью?

Хан пристально взглянул на неё. — Думал, что мы были командой. Что означает, когда ты придумываешь какой-то безумный план, ты посвящаешь в него и меня.

— О, ты бы одобрил его?

— Я бы тебе сказал, что это сумасшествие! Я бы никогда не позволил тебе действовать подобным образом.

— Вот почему я не рассказала тебе.

— Хочешь узнать о твоей проблеме? — спросил Хан.

Лея наклонилась вперёд. — Удиви меня.

— Ты не думаешь прежде, чем действовать.

— Я не думаю? — спросила она скептически.

— Вот именно. — Он растянулся в кресле, внезапно наслаждаясь самим собой. — Ты не думаешь и таким образом втягиваешься в эти ненормальные ситуации, а я должен вмешиваться и спасать тебя.